Ботинок для принца

Даня вздохнул еще горше, и, глядя в глаза владельцу винного магазинчика, попытался объяснить все еще более доходчиво:

– Насколько я понимаю, в торговле твой бывший напарник ничего не смыслит, и дела шли хорошо только потому, что твоя жена Галина умело всем заправляла. Кстати, судя по договорам, которые я просмотрел, срок выплаты задолжности поставщикам за мебель истекает буквально через неделю. Галина, естественно, договорилась бы со всеми о продлении кредита – все договоренности основывались только на ее личных связях.

И наоборот, если она обзвонит всех поставщиков с просьбой надавить на нынешнего владельца магазина, на Болта обрушаться обязательства по выплатам. Причем обрушатся единовременно – много дорого и больно! Он, естественно, надеется продать всю эту шарашкину контору, мысли о долгах ему даже в голову не приходят. Но, как ты опять же понимаешь, бестолковый юрист с желанием заплатить денег никогда больше не появится, и Игорю придется решать все проблемы в одиночку.

До высокого парня Лехи стало доходить, о чем ему говорит умный сосед.

Лицо бывшего владельца мебельного магазина медленно расплылось в глумливо-довольной улыбке.

А рассудительный негодяй Данила продолжил:

– А теперь давайте подытожим, что ждет нашего Игорёшу в ближайшие, буквально, дни… И получится у нас очень грустная картина – в кармане нет ни единой копейки, оплата аренды послезавтра и разгневанные поставщики с криками «верни бабло, подлец!» через пару-тройку дней – вот что только что приобрел твой бывший напарник и его разноцветная крыша.

А если мы с тобой сумеем договориться, то… Есть у меня одна мыслишка. Но над ней надо очень хорошо подумать.

Данька ласково, как дедушка Ленин, улыбнулся соседу, помолчал таинственно, после чего нахмурился:

– Но вот прямо сейчас у нас на «подумать» времени нет, мы вынуждены невежливо попрощаться и прогнать тебя домой. Ариш, пока тебя не было, потенциальный работодатель звонил. Надо ехать, узнаем что там и как, и будем ли мы браться за эту работу. Дело какое-то тухлое.

Ну да посмотрим на месте. Собирайся, отчаливаем.

За окном сгущались сумерки, из открытой балконной двери тянуло прохладой. Ринка натянула черные джинсы, темно-синий свитер и, решив на всякий случай перестраховаться, сняла с вешалки черную джинсовую ветровку. Апрель в Питере, конечно, почти летний месяц, но ночи еще холодные, а когда они домой вернуться, неизвестно. Уж лучше она потом куртку в руках поносит, чем замерзнет и будет клацать зубами.