Чисто альпийское убийство, или Олигархи тоже смертны

Но это завтра – так Элка и телохранители решили. Сегодня они тут посидят, пива попьют, вкусненько поужинают, а завтра, как проснутся, барахло в охапку – и прочь из этого райского места. Увы, но другого варианта нет. Ох, а жалко-то как!

Вот тут-то депрессия и подвалила. Все грустно, расслабиться нет никакой возможности, люди – гады, и нет на свете справедливости.

И жалость к себе любимой волной захлестнула – что ж это такое творится, расслабиться нет никакой возможности… и далее по вышеперечисленному списку.

И так эти две подруженции – депрессия и жалость – лихо на Элку навалились, что девушка наша тихонечко, сама того не замечая, кувшинчик-то весь и вылакала. И еще один заказала. И его тоже скушала.

Телохранители, на все это безобразие глядючи, головами, конечно, неодобрительно покивали, но решили не вмешиваться. Мол, имеет хозяйка право на «потосковать»! Да и пиво хорошее, природа вокруг чудесная, закуска потрясающая – так что пущай девушка расслабляется. Это так они промеж собой договорились и нотации о вреде алкоголя читать Ёлке не стали.

Вот и наквасилась наша голубушка до частичной потери сознания и легкого абстинентного синдрома. Почему легкого? Да потому, что телохранители правы оказались: и пиво хорошее, и воздух свежий, и закуска достойная. Так что утро у Ёлки наступило чуть мутноватое, но без криминальных последствий.

Хотя – как это без криминальных? А как же стройный белозубый мужчина в стильном костюме и с потрясающей фразой:

– Господа, извините за беспокойство, но я попрошу вас оставаться на своих местах.

Миша Никифоров поднял глаза и почему-то осмотрел всех своих девиц. Словно попытался их пересчитать.

Телебосс Брост уставился на свою помощницу, словно ища у нее ответа на заданный посторонним мужчиной вопрос.

Миша Кац пьяненько гоготнул и попытался ущипнуть за попку одну из своих нимф.

Элка пожала плечами.

Мэр Черноморска почему-то суетливо огляделся и спросил:

– Кто этот человек? Чего он хочет?

Оппа! Похоже, кроме Никифорова, в этой тусовке никто не говорил на местном языке! То-то у всех лица такие растерянные!

– Молодой человек просит всех оставаться на своих местах и спрашивает, присутствуют ли здесь все постояльцы гостиницы, – чуть поморщившись, перевела для неграмотных соотечественников Элка.