Детективный флёр

Может, полицейский или бывший полицейский ассоциирует себя с военными? Или просто автор плохо образован? Правда, был фильм «Новые центурионы» о работе американской полиции. Впрочем, это неважно. Рассказ опубликован три дня назад, к нему пока только двадцать комментариев, в основном, негативных. Читателей не устраивало, что загадка не разгадана, впрочем, никто никаких предположений не строил, считая все это выдумкой. Хорошо бы так и впредь оставалось. Да, он выждет еще несколько дней, почитает новые комментарии, если таковые появятся, а там решит, что делать.

А вдруг автор сам объявится и начнет его шантажировать? Нет, этого нельзя допустить.

Глава первая

Я подошла к зеркалу и, прищурившись, критически себя осмотрела. Все тридцать пять лет моей бурной жизни оставили на мне свой след. Черты лица стали менее четкими, появились морщинки, волосы потускнели, правда, взгляд оставался очень даже живеньким, и я приободрилась. Меня голыми руками не возьмешь! Да и какой смысл попусту расстраиваться? Все это естественно, никто не остается вечно молодым.

Конечно, и фигура расплылась, тут уж дело не только в возрасте, но и во вредных привычках. Я подумала, что неплохо бы сесть на диету, но никаких конкретных дат начала этого процесса устанавливать не стала, решив, что сейчас и без того стрессов хватает. Уже почти месяц сижу дома, нога в гипсе. Полтора года назад попала в автомобильную аварию, машину разбила в хлам, а на мне не появилось ни одной царапины. А тут, вышла из метро и, поскользнувшись на каком-то огрызке, упала и сломала ногу. Через три дня гипс должны снять, и я не могла дождаться этого счастливого дня.

Впрочем, тогда другие проблемы вплотную приблизятся. Никаких отговорок не останется, мол, болею я, никуда выйти не могу. А проблемы нешуточные. Деньги заканчиваются, а у меня нет работы, и в моей ситуации найти ее непросто. Идти в уборщицы или посудомойки я не готова, во всяком случае, пока не готова, как-никак университетское образование, но, по крайней мере, еще полтора года я не смогу работать журналистом.

Запрет на профессию! Полтора года дисквалификации я уже отбыла, осталось еще столько. И кто возьмет меня в солидное издание с таким пятном на репутации? А подставили меня знатно.

Я семь лет работала в уважаемой газете, сначала криминальным репортером, потом мой профиль расширился. Я проводила журналистские расследования по разным направлениям, необязательно связанным с криминалом.