Всё как всегда

Потом он поинтересовался, кто это и чем занимается. Она сказала, что он спортсмен, но его имени не назвала.

– Культурист, что ли? – уточнил Олег.

– Вряд ли. Фактура у него действительно была впечатляющей, но не чрезмерной.

– Так, где вы были в пятницу? – поднимаясь с кресла, без всякого перехода спросил Олег.

– У себя на даче в восьмидесяти километрах от Питера. С вечера пятницы до утра понедельника.

– Один?

– Один. Жена с дочкой отдыхают за границей.

– И чем вы занимались в одиночестве?

– Отдыхал, работал за компьютером, рыбачил, свидетелей нет, – с усмешкой перечислил Дорофеев.

– А поохотиться любите?

– Озеро рядом с дачей есть, а вот охотничьих угодий, увы…

На прощанье Олег намекнул, что, возможно, понадобится еще встретиться, на что Дорофеев с некоторым сарказмом ответил:

– Всегда к вашим услугам. В ближайшие дни выезжать из города не собираюсь, разве что на дачу, могу сообщить адресок.

– Если понадобится, сами узнаем.

Глава шестая

Маша

Эта неделя получилась на редкость тяжкой, началась с убийства, а продолжилась всевозможной суетой и непрерывной работой.

Да еще на похоронах пришлось побывать. Мне и раньше доводилось, но тогда это касалось престарелых родственников, и похороны были очень скромными и малолюдными. Проводить же в последний путь Марину Седову пришло человек двести. В тот день «Креатив» на несколько часов закрыли. Большой зал крематория был битком забит, непоместившиеся стояли в дверях. Среди этой толпы я заметила несколько милиционеров (тьфу, полицейских), которые всю неделю крутились в нашем офисе.

Всё было довольно пафосно – толпы людей, роскошный гроб, множество цветов и торжественных речей. Первым взял слово президент холдинга Станислав Дорофеев. Он говорил очень прочувствованно, в чем не было ничего удивительного, они с Мариной несколько лет работали бок о бок. Я уже давно не видела его, но за это время он ничуть не постарел, а стал еще более элегантным и холеным. Наше начальство тоже высказалось, в меру своих скромных способностей, после чего ее институтская подруга произнесла настоящий панегирик.

Когда Марининой матери предложили сказать несколько слов, та разрыдалась. Несмотря на возраст, это была красивая женщина с хорошей фигурой. Женя молча стоял между ней и немолодым импозантным мужчиной. Не нужно было обладать большой проницательностью, чтобы догадаться, что это его отец. Жениной матери видно не было, наверное, осталась дома с внуком.