Сомнению всегда найдется место

Прием проходил в большом зале роскошного ресторана, но я и там не затерялась, то и дело ловила восхищенные взгляды, а Влад раздувался от гордости. Шампанское лилось рекой, и я время от времени припадала к живительному источнику. Влад не пил, так как был за рулем, что, впрочем, не мешало ему веселиться и получать удовольствие. Когда дошло до танцев, я уже слегка захмелела, что добавило мне смелости. Один важный господин пригласил меня, и я присела в реверансе. Он был уже не молод, но как вскоре выяснилось, когда-то занимался бальными танцами, так что сразу увидел во мне родственную душу.

Мы с ним исполнили почти весь обязательный репертуар – от вальса и фокстрота до самбы и ча-ча-ча. Только потом я заметила, что никто больше не танцует, все наблюдают за нами, а потом разразилась бешеная овация. После этого было еще немало знакомств и шампанского, так что, когда мы вышли из ресторана, я едва понимала, где нахожусь.

Влад подвез меня к своему дому и предложил выпить еще шампанского, а то ему якобы надоело поститься.

Однако до шампанского у нас не дошло. Сразу в прихожей мы стали целоваться, а потом он подхватил меня на руки и отнес в спальню. Все было просто восхитительно. Я давно не чувствовала такой душевной и телесной гармонии, а наутро проснулась совершенно счастливой. Влад еще спал. Шторы в спальне были не завешены, и поздний луч зимнего солнца вот-вот должен был коснуться его лица. Я решила этому воспрепятствовать и накинула на себя его рубашку. В фильмах часто видела такие сцены, и всегда они казались мне ужасно пошлыми. Но вот, не удержалась. Было так приятно ощутить его тепло и запах. После вчерашних подвигов нога ужасно болела, я старалась ее не замечать и доковыляла до окна, но, не успев задвинуть шторы, что-то почувствовала и обернулась. Влад смотрел на меня, и в его взгляде я увидела жалость, смешанную с брезгливостью. Он переспал с калекой! Такое и в страшном сне не привидится! Через мгновение он справился с собой и уже улыбался:

– С добрым утром!

Я пробормотала что-то соответствующее и, прихватив свои вещи, вышла из комнаты, стараясь не разреветься и не хромать.

При общении с Пашей мне не приходилось стесняться своей ноги, он знал ее лучше меня, более того, всегда смотрел на нее с удовольствием как на результат своей безупречной работы. Здесь совсем другое дело. Кое-как напялив все на себя, я вызвала такси, по счастью обнаружив рядом с телефоном квитанцию с адресом, а то я не знала, на какой улице нахожусь.