Сомнению всегда найдется место

В последний день у меня было мало процедур, а Макс был занят под завязку, но решил, что не грех часть оздоровительных мероприятий проигнорировать. Однако на встречу с врачом он собирался сходить, поэтому попросил номер моего телефона, чтобы позвонить, когда освободится. После обеда мы опять отправились на прогулку. Погода не очень способствовала, пошел дождь, но мы брели вдоль берега и разговаривали. Макс сообщил, что он юрист. Почему-то при знакомстве он не уточнил, чем именно занимается. Как я потом выяснила, в санаторий он приехал поправлять здоровье после ножевого ранения, полученного в ходе расследования.

Клиент сделал ему подарок в виде путевки. Макс любит напускать на себя таинственность.

Он спросил, чем я занимаюсь. Я коротко ответила, а потом добавила, что собираюсь сменить работу.

– Значит, в твоей работе совсем нет ничего интересного, раз ты так легко ее бросаешь, – заявил он.

– Нет, отчего же, – обиженно возразила и, – и в моей работе случаются приключения. – И упомянула о своем расследовании.

Макс заинтересовался, и я рассказала обо всем подробно. Дождь уже лил вовсю, снег смывало прямо на глазах, водохранилище потемнело и покрылось водой, и лишь неподвижные фигурки рыболовов продолжали маячить на горизонте. Ввиду плохой погоды после ужина мы отправились смотреть кино, которое показывали в клубе. В санаториях я бываю регулярно и не устаю удивляться, откуда берутся фильмы, которые там показывают. Это была до ужаса сентиментальная латиноамериканская картина, снятая в середине прошлого века.

Впрочем, такие фильмы, наверняка имеют терапевтическое воздействие. Во всяком случае, я расслабилась и углубилась в проблемы на экране. Макс некоторое время ерзал, а потом положил руку мне на бедро. Меня будто оса ужалила. Все то ужасное, что я еще не успела до конца пережить, вдруг всколыхнулось во мне. Если бы он положил руку на правое бедро, то я тоже его отшила бы, но более адекватно. Однако он сидел слева от меня, и его правая рука оказалась на моем левом бедре, еще несколько сантиметров, и она провалилась бы в ужасную вмятину! Я вскочила, ударила его по руке и выбежала из зала. Он вскоре догнал меня и невозмутимо поинтересовался:

– Ты что, ненормальная?

– А ты не лапай! – окрысилась я.

– Могла бы сказать. Я, между прочим, слова понимаю, а ты сразу в драку.

– А ты мог бы и спросить, прежде чем лезть.

– Ну, знаешь ли…, – протянул он.

Разговор на этом увял.