Полёт фантазии

В общем, он – не мужик, и хватит об этом.

Танька нехотя призналась, что Макс ей ничего не разбалтывал, просто сказал, что

проводил меня до дому. Она его долго пытала, стараясь выяснить подробности, а об остальном догадалась сама и ужасно разозлилась, так как считала, что я скомпрометировала не только себя, но и ее. Меня мало интересовал моральный облик пресловутого Макса. Где Генка? Что с ним случилось? Мой телефон просигналил о получении сообщения. Я слишком поспешно бросилась к нему, Танька удивленно посмотрела на меня.

– Это Алик, – разочарованно произнесла я. – Привет из Нью- Йорка.

Похоже, ее очень возбуждала мысль о моем предполагаемом романе с Аликом

Медведевым.

– Понимаю. Ты сейчас на распутье. Не знаешь, кого выбрать – Алика или Гену.

Конечно, не было ни гроша и вдруг – алтын.

На самом деле Танька ничего не понимала в моей жизни, но я разуверять ее не стала и с облегчением вздохнула, когда она, наконец, ушла, пообещав вскоре позвонить. Предприняв несколько бесплодных попыток дозвониться, я еще раз все обдумала и решила, что Генка не мог меня бросить, по крайней мере, сейчас.

Значит, с ним что-то случилось и, возможно, ему нужна помощь. Я отправилась в отделение милиции, которое располагалось неподалеку.

Сначала мой разговор с дежурным лейтенантом напоминал беседу двух туземцев, объясняющихся на разных диалектах. Много жестов и мало понимания. Я набрасывалась на него с вопросами, а он отмахивался от меня. После того, как я достала пятьсот рублей, контакт был налажен.

Выяснилось, что он не может принять от меня официального заявления по нескольким причинам. Во-первых, мы оба прописаны в другом районе; во-вторых, с момента исчезновения прошло слишком мало времени; в-третьих, я Генке никто и звать меня никак, может, парень просто бросил меня, а милиция сердечными делами не занимается и, в-четвертых, кроме его имени я о нем ничего не знаю. Однако сводки за последние сутки он просмотрел. Генка там не фигурировал.

– А среди неопознанных трупов? – с замиранием сердца поинтересовалась я.

Слава Богу, никого похожего в скорбном списке не было. Я написала на листке

Генкины данные и номер своего телефона, попросив позвонить мне в случае чего, и покинула отделение, опасаясь, что после моего ухода листок перекочует в корзину для мусора.

– Попробуйте обзвонить больницы и морги, – вслед мне сказал лейтенант.

Глава вторая

Я понуро поплелась в газетный киоск, чтобы купить телефонный справочник.