Трактирщица

Нэди готовила так вкусно, как никто другой. Я бывала с отцом во многих домах, там часто работали приглашённые мастера половников и поварёшек, но я почти никогда не ела досыта, потому что дома Нэди наколдовала нечто в тысячу раз вкуснее.

– Для секретаря я слишком стар, – Руфус покачал головой. – Вам лучше найти кого-то расторопного, молодого… А мне пора переходить к спокойной работе. Найду себе такое место где-нибудь. Не пропаду.

– Я хотела предложить место учителя, – осторожно начала я. – У меня есть кандидат на роль помощника, но его нужно многому научить.

Да и остальные ребята будут рады, если вы поможете им.

– Я оформлю лицензию, – законник растянул губы в улыбке. – Чует моя печень, мы с вами делаем великое дело!

– Да, лин Саливан, ваша печень никогда не ошибается, – рассмеялась я.

Боги, как же много рискованных глупостей я делала в последние дни! Но отчего-то работа впервые доставляла удовольствие. Раньше я занималась бизнесом, чтобы отец был доволен. Перестал ворчать, что женщина может командовать только на кухне.

Убедился, что я чего-то стоила. А теперь я просто делала то, что мне нравилось. Да, неизвестно, принесёт ли трактир большую прибыль. Но я верила, что всё получится.

– Займитесь, пожалуйста, лицензией для Руфуса, – распорядилась я. – Договорами с моими новыми сотрудниками и ещё кое-чем. По договору, заключённом с Нэди, в случае увольнения она должна получить компенсацию в две тысячи золотых.

– Вы серьёзно? – вытаращился на меня законник.

– Я всё-таки Беринская, – проворчала трактирщица без медяка прибыли.

 – А Беринские никогда не шутят с деньгами. Нужно заставить Виктора выплатить выходное пособие.

– Куда ж мне такие деньжищи? – испугалась Нэди.

– Куда пожелаете. Можете дочери отправить, можете дом построить, можете сиротам моим пожертвовать. Это ваши деньги, делайте с ними, что хотите.

– Без суда не отдаст, – Саливан покачал головой. – Я займусь, но разбирательство будет долгим. У вашего брата уже возникли большие финансовые трудности.

Терять деньги ещё и из-за кухарки он не захочет, сами понимаете.

– Десять процентов заберёте себе, – хмыкнула я. – Но подать в суд нужно быстро, пока братец не прошляпил отцовское состояние. У Виктора талант тратить. Не удивлена, что первые тревожные звоночки появились уже сейчас.

Саливан мечтательно закатил глаза, представляя в своём кошельке двести золотых за простейший судебный процесс. Теперь точно вытащит эти деньги из Виктора клещами.