Башни Эквеллора

Да, может и правда. У Ле Илантов точно девчонка еще была. Куда? А пепел ее знает.

– Открывайте, сучьи потроха, – продолжила убеждать Мист. – А то ей-ей, дымом клянусь, к Проклятому все вынесу тут!

– О, прям похоже на Орта, – уважительно отозвались из-за двери. – Да, точно. Эй, там! Где тебя носило-то?

– В Университете училась, – Мист снова пнула дверь. – Да отпирай уже, выстрок паршивый!

– Да открываю уже, не шебурши!

– Тревога, – тихо сказал Торрен, на всякий случай извлекая из ножен Хладогрыз и становясь в стойку.

Насколько меч мог помочь против серых великанов, он не знал, но без боя сдаваться не собирался.

– Выстроки, – почти взвыла Мист, пнула дверь снова, и та, наконец, приоткрылась. Девушка поймала Торрена за край плаща, как смогла, и ломанулась вперед, втягивая напарника за собой внутрь замка. За ними захлопнулась дверь, щелкнул засов и прозвучал приглушенный шаг великана.

– Дым и пепел, – выдохнул Торрен, убирая меч и щурясь от неожиданно яркого после почти полной темноты снаружи света.

– Да уж не Праматерь мгла, – сказал, окидывая их с ног до головы длинным взглядом, стражник. В проходе, рядом со следующей дверью, виднелся второй, заинтересованно выглядывающий из-за косяка.

Мист откашлялась несколько смущенно, вспоминая свои ругательства, и очень вежливо сказала:

– Здравствуйте. А что здесь вообще произошло? А мои родители где-то тут?

– Орт? Орт тут, и Тирс, и сынок их тоже, да все почти тут, у нас не так много погибло, успели мы, – сказал стражник.

 – А вы как мимо них прошли? Мы-то сбежали, когда эти бугаевы дети еще не сорганизовались.

– Мы очень старались, – буркнула Мист.

– А можно всю историю сначала, дядь? – попросил Торрен. – А то мы такие красивые приходим в надежде навестить родителей Мист, а тут такие .. гусята бродят.

– Гусята, – нервно рассмеялся стражник. – Идите-ка вы к Ле Илантам, они на седьмом, вместе с его оверлордством. Пусть вам Орт все и рассказывает.

– Ладно, – согласилась Мист, тем не менее, с подозрением глядя на стражника.

Ни один из жителей мостков не отличался излишней застенчивостью, и нежелание что-то рассказывать обычно означало серьезные неприятности, о которых просто говорить не хотелось – ни под каким предлогом. – Пойдем, Тор.

– Спасибо, что впустили, дядь, – поблагодарил Торрен.

– Да что там. А ты-то кто будешь, парень? Жених ейный?

– Нее, – отмахнулся Торрен, пытаясь сообразить, как получше себя определить.