Мертвые кости, живая душа

Всегда приятно, когда у милой девушки есть надежный и преданный защитник. А никого нет вернее мертвых – они куда надежнее живых, да и договориться с ними куда проще.

На это Мойра вздрогнула, подняла глаза снова – потому что чужой человек в зеркале говорил ровно то, что она думала сама.

– Ты ведь согласна, верно? Ты меня понимаешь, – добавил он негромко, продолжая ее изучать. – Так трудно найти среди живых кого-то, кто будет разделять твои мысли, знаешь ли. Ты, в некотором смысле, редкость, Моора.

Мне нравится это имя. Когда-то давно, сотни лет назад, женщина с похожим именем стала женой моего предка. Ее звали Маара, и после свадьбы она приняла имя Мария, как это принято в моем роду. Но тебе это, наверное, и не интересно. Что же, Моора – я чувствую, твой помощник снова идет, и, значит, тебе уже пора смыть с себя могильную пыль. Я надеюсь, что нам еще доведется поговорить. Ты можешь сама позвать меня, если захочешь. – просто назови мое имя, когда решишься. Меня зовут Дарий. Запомнила? Вот и молодец.

Он растворился в тенях зеркала, и его гладкая поверхность снова отразила только маленькую комнату, кровать, ширму и одну очень, очень чумазую девушку.

– Что ты тут, Моора? Мыться иди, – Диона, проследила за тем, чтобы Олух вылил воду в бадью и подтолкнула девушку за ширму. – А в зеркало особо не пялься, – добавила она тихо чуть позже помогая Мойре вымыть волосы.

– Герцог тоже сказал этого не делать, – ответила Мойра.

 – А почему?

– Так вот потому, что Император, в своей милости, не может в Земле нас увидеть, как видит все под Небом со своего Небесного шпиля. Поэтому он к нам наведывается через зеркала. Слушает, смотрит, как мы живем, потому что мы, хоть и Забытые, но тоже его подданные, и он-то один про нас не забывает.

– Император? – открыла рот Мойра. – Сам Император?

– Я-то сама не видела, но Герцог говорил, да и есть у нас те, кого Император отмечал. Только их них большая часть уже в Земле.

Потому что Император с ними поговорил, поговорил, – все так же еле слышно рассказала Диона. – А потом приказал Герцогу их казнить. Так что лучше и вовсе с ним бесед не вести, чем так попасться.

– И Герцог что, казнил?

– Конечно. Все мы под Императором ходим, а он – тем более.

За этим он ее расспрашивал, выспрашивал, на что-то намекал? Хочет ее казнить, или что? Хотя если бы хотел – сразу б и сделал.