Тёмные звёзды. Рождение легенды

«Мараан это или нет – послышался голос до толе молчавшего генерала Антавира – но мы забываем о главном: что делать с этим человеком?» Из всех присутствующих видимо только он не забыл об истиной цели собрания, не поддавшись на тот эффект, что обычно вызывает у людей слово «марааны», но вряд ли дело было в силе его морального духа, а скорее в том, что Антавир меньше всех представлял себе кто они такие. Но не смотря на это сам вопрос был поставлен правильно: нужно было действительно уже решать что делать с этим человеком.

«Простите, но почему Вы считаете таким важным вопрос о решение судьбы этого человека? – снова заговорил светловолосый генерал (Рохус вспомнил, что того звали Симах) – Какое отношение его судьба имеет к нашим планам?». Сидящий по соседству с Рохусом человек с трудом сдержал смешок и отвернулся в сторону, чтобы скрыть от говорившего свою улыбку, да и среди остальных эти слова видимо не нашли поддержки: генерал Симах слыл большим тугодумом – он мог высказать хорошую идею, но как правило либо не к месту, либо когда в идее этой уже нет надобности, и так уже всё ясно. Так и в этот раз: едва речь зашла о мараанах все сразу поняли важность обсуждаемого вопроса. Даже Рохусу, не особо доверявшему до определённого момента рассказам о мараанах, было известно о чём подумали присутствующие в комнате. Эту историю знали все, всего несколько лет назад она взбудоражила всю мировую общественность: тогда конфликт между Империей и Федерацией только набирал свои обороты, о войне ещё никто не говорил, но обе стороны уже потихоньку начали «прибирать» к своим рукам независимые планеты, официально не входившими ни в одно государство. Вот одну из таких планет и облюбовали марааны для своих встречь: планета была почти не заселена, местные жители относились к странным соседям вполне спокойно, поэтому находились марааны там на вполне легальном положении. Поэтому и руководство обоих враждующих сторон безусловно знало кому де-факто принадлежит эта планета, но если Республиканские власти приняли эту информацию к размышлению и не стали пытаться распространить своё влияние на планету, то Имперское руководство отнеслось к данному обстоятельству менее уважительно. В целом позиция имперцев могла уместиться в одной фразе, брошенной их военным политиком: «Мы высадимся на планете, хотят этого её жители или нет.