Книга царей

В половине одиннадцатого полковник завершил совещание, но попросил Гладышева задержаться.

Дождавшись, когда закроется дверь, Мостовой обошел стол вокруг и занял место напротив сжавшегося в пружину Антона.

– Расскажи-ка мне, капитан, про ваши с Черкашиным злоключения. Обстоятельно расскажи, не пропуская ни единой мелочи: как вошли в подъезд, какая была обстановка, как воспринимал ее ты.

– Но я все изложил в рапорте, – попытался отговориться Гладышев.

– Рапорт – бумага. Бумага – удел комиссии. Меня интересует, какие ощущения испытали, когда поняли, что что-то не так?

– Что испытали? Ничего.

Матвей сказал, чтобы я осмотрел седьмой и восьмой этажи. Сам подкрался к двери, стал проверять, все ли замки закрыты.

– А ключи? Откуда у Черкашина оказались ключи, когда по инструкции вещественные доказательства должны были храниться в сейфе?

– Забыл положить.

– Понятно.

Пробежавшая по губам полковника ухмылка означала, что другого ответа он и не ждал.

– И как развивались события дальше?

– Матвей вошел внутрь.

Я остался на стреме. Прошло минут восемь, максимум десять, потом в квартире раздался шум и крик. Я ожидал, что тот, кто находился внутри, попытается выскочить наружу, поэтому подождал секунд двадцать, после чего открыл дверь и прислушался. Ни звука. Сделал пару шагов, вновь прислушался. Услышал стон. Кинулся туда, откуда он раздался. Матвей лежал у стены. Я к нему. Глядь, а у того из плеча стрела торчит.

– Вошел и сразу увидел?

– Если бы не свет рекламных огней, который проникал в комнату через балконную дверь, сразу бы не обнаружил.

Черкашин лежал между дверью в кабинет и шкафом для посуды.

– Без сознания?

– Да.

– Привел Матвея в чувство, помог сесть. Вызвал скорую.

– Кто обнаружил спусковое устройство?

– Я. Когда к Черкашину вернулось сознание, он сказал, что надо обследовать квартиру.

– Пошел посмотреть, увидел, что с балкона спущен трос?

– Да. Внизу никого не было. Я попробовал намотать трос обратно.

– И?

– Получилось.

– Что в это время делал Черкашин?

– Сидел на полу, прижавшись спиной к стене. Стонал.

– Не понимаю, как особа женского пола могла заставить капитана милиции выполнять команды, противоречащие правилам задержания преступника? Она гипнотизер, что ли?

Скрипнув стулом, Мостовой встал.

– Никак нет, – поддавшись натиску слов полковника, произнес Антон. – Стечение обстоятельств. Двери в кабинет, в спальню расположены так, что все пути к ним ведут через гостиную.