Фуга. Горсть вишневых косточек

 – Богдан опустил голову, чтоб спрятать взгляд, – Я, например, никогда не слышал о людях без цвета глаз. И то, что в одном маленьком городке есть двое с такой удивительной особенностью просто невероятно. Это заставляет задуматься. Никто так и не ответил на вопрос, почему твои глаза такие, как есть. Что если это от родителей?

– К тому же вспомни, – подала голос Марина, – отец говорил, что про твоих настоящих родителей неизвестно вообще ничего, даже их имён. Они могут быть кем угодно.

Она села рядом с Богданам и натянула рукава водолазки до кончиков пальцев, словно руки озябли.

– Да еще собака, – вкрадчиво добавила она.

– А что собака?

– Собака нас не облаяла.

– И что с того?

– Животные очень чувствительны и легко определяют опасность, особенно, если видят чужака. Тот пес неспроста на цепи сидит, значит кусачий, он должен защищать территорию. Но на нас не бросился. Думаю, он увидел твой взгляд, учуял тебя, твой естественный, неведомый нам запах и узнал его.

Пес принял тебя за своего, поэтому и не подал голос.

– Это, знаешь ли, – Богдан вдруг разволновался, – Это до того нелепо, что невозможно принять в серьез! Нельзя основываться на собачьем нюхе. Может пес просто плохой охранник, слишком любопытный, дружелюбней или просто бездельник.

– Кто ж дружелюбного посадит на цепь? В лесу нужен злобный и сварливый охранник.

– Пес – не доказательство!

– Когда ищут заблудившихся в лесу людей, берут собак, потому что нет вернее помощника, чем собака.

Под завалами или в горах, или даже под снегом собаки отыскивают пропавших, тогда мы им доверяем, вот тогда пес – лучшее доказательство. А сейчас ты лишь хочешь оболгать очевидное.

– Марина, помолчи.

– Вы похожи, – выпалил Андрей. – Я не хотел говорить это так прямо, но, мне показалось, что вы с м… С Травницей похожи. Оба бескровно бледные, а волосы черные. Она живет на отшибе в лесу, и тебя с малых лет тянуло к одиночеству.

– И она такая странная, – добавила Марина, – Видели, как она ходит и водит руками над предметами? Ты тоже странный, Богдан.

Конечно, не такой, как она, и мы привыкли к твоим чудачествам, но все же! Ты болтаешь сам с собой и околачиваешься по улицам один-одинешенек, часто тебя вовсе не сыскать – забьешься куда-нибудь в угол, словно прячешься. – Марина потеребила нитку на рукаве и исподтишка глянула на брата, – Мы же говорим начистоту, Богдан – все выглядит более чем странно.