Если ты позовешь…

– Мне очень приятно беседовать с вами и видеть вас. Всегда.

– Тогда в чем же дело? Сегодняшний день, видимо, отличается от других. Вы плохо себя чувствуете?

– Нет, мадмуазель Амандин, с моим здоровьем все в порядке. Просто мне нужно сказать вам кое-что. Но я не могу предугадать, как вы отреагируете на мои слова, и это беспокоит меня, – Гатьен побледнел еще больше.

Все точно. Она была права. Гатьен наверняка встретил девушку, которая ему понравилась. А значит, их встречи в этом случае становятся неуместны.

Амандин для него просто друг, но вряд ли дружба с другой девушкой может понравиться его будущей невесте. Возможно, это она и попросила его поговорить с Амандин, чтобы исключить всю двусмысленность таких отношений – ведь все считают именно ее невестой Гатьена, хоть он никогда и не делал ей предложения. Нужно как можно быстрее покончить с этим и освободить бедного Гатьена от мук. А свои муки она оставит на потом.

– Месье Гатьен, скажите все, как есть.

Мы давно знаем друг друга, так что формальности ни к чему. Мне вы можете довериться, я вас пойму… вы же мой друг.

– Друг… – Гатьен заметно расстроился. – Но я думал…

– Конечно, друг, Гатьен. Хоть раз за все годы, что мы знакомы, я заставила вас усомниться в обратном?

– Мадмуазель Вилье, – в голосе Гатьена появились твердые нотки, – да, я всегда мечтал, чтобы жена была мне еще и другом. Ко всему прочему, это было бы совсем неплохо. Но только лишь другом, это слишком.

Что могло привести вас к этой мысли? Я никогда не считал вас другом.

– Что ж барон, если я для вас не являюсь даже другом, мне жаль. Но к чему тогда наши встречи? Я избавлю вас от необходимости терпеть мое общество. Не волнуйтесь, вы ничем мне не обязаны, я никогда не упрекну вас. Будем видеться на приемах просто как знакомые. Вы можете ехать к себе, Мари проводит меня домой.

Амандин повернулась и сделала шаг по направлению к дому, когда Гатьен схватил ее руку чуть повыше локтя.

– Амандин, остановитесь. Вы не даете мне не малейшей возможности объясниться!

– К чему объяснения, барон? Не будем более мучить друг друга.

– Нет, Амандин, вы меня выслушаете.

Она никогда не видела Гатьена таким прежде. Всегда тихий и незаметный, он вдруг наполнился решимостью и на одном дыхании произнес:

– Мадмуазель Вилье… Амандин! Если вы после моих слов решите никогда больше не встречаться со мной, я вас пойму.