Пиратка

На кровати в спальне лежало нечто прекрасное. Словно нежное облако, чудо чуть переливалось на солнце мерным светом настоящего шелка. Ничего такого у нее много лет не было – почти с того самого момента, как ее привезли в этот дом и она доносила все наряды, оставшиеся от той, прошлой жизни.

– Новое, – с придыханием произнесла служанка.

Сколько она работала в этом доме, будучи одной из двух горничных – большего хозяева не могли себе позволить – а такой красоты отродясь не видела.

Когда служанка взяла в руки нежное бледно-зеленое платье, вышитое белыми цветами с перламутровыми жемчужинами-сердцевинами, Маргарет еле сдержалась, чтобы не ахнуть. Платье явно было сшито на заказ и потому превосходило все самые смелые ожидания.

– И не смейте его пачкать! Миссис Бенсон строго сказала мне вас предупредить об этом! Вам наверняка предложат чай, но к чашке лучше даже не прикасаться. Платье одно-единственное, и неизвестно еще, сколько вы будете его носить.

– Тогда мне лучше его не надевать, – запротестовала Маргарет, боясь сделать что-то не так и вызвать гнев тетушки.

– Миссис Бенсон вполне определенно высказалась насчет того, что я должна надеть его на вас. Перечить нет смысла.

Маргарет кивнула и покорно подняла руки, чтобы горничная могла накинуть на нее наряд.

Уже через полчаса, в новом платье и с заколотыми наверх волосами, она стояла перед дверью гостиной. Сначала решила открыть двери, но подумав, что это может быть не совсем вежливо: мало ли чем занимаются находящиеся за затворенными створками, – постучала.

– Войдите, – раздался елейно-приторный голос тетушки Беатрис.

Девушка вспомнила, чему ее учили весь прошлый год, выпрямила спину, толкнула дверь и, стараясь ступать как можно легче, с опаской вошла: раз тетушка разговаривает подобным образом, это явно неспроста.

Пройдя до середины комнаты, Маргарет остановилась и опустила глаза, мельком заметив вольготно раскинувшегося в кресле мужчину, который приезжал в дом в прошлом году.

Тогда он не перекинулся с ней и парой фраз. Непонятно, зачем тетушка позвала ее снова. Лучше бы пригласила Анабель. Составлять компанию и поддерживать беседу у Маргарет получалось плохо. То ли дело Анабель – та может говорить о чем угодно и с кем угодно.