Осторожно, женское фэнтези!

После у меня было два часа на самообразование. Затем мне позволили присутствовать при осмотре, в ходе которого я решила, что лучше выберу в качестве специализации патологическую анатомию, чем акушерство. Далее была «вывихнутая лодыжка»: явилась фифа-студентка, из тех, что в столовой занимают лучшие места и не носят форменных платьев, и пожаловалась на боль в спине. Наставница ее осмотрела, выписала целебную мазь и порекомендовала не так сильно затягивать корсет. Девица оскорбленно заявила, что ничего она не затягивает, так как при ее фигуре это лишнее.

Леди Райс пожала плечами и будто невзначай заметила, что при такой фигуре лишнее – это пирожные к чаю, после чего фифа вылетела из смотровой пулей, пригрозив пожаловаться заведующему. Верь я, что она это сделает, пошла бы следом, чтобы послушать, что ответит добрейший доктор.

К девяти вечера я, уставшая и голодная, вернулась в общежитие, где меня дожидались кусок шоколадного торта, горячий кофе и подруги, потратившие день на сбор информации о пропавших.

– Начнем по порядку, – Мэг положила перед собой стопку листов и сняла верхний. – Чарли Лост. Руководство тогда так старалось избежать огласки, что некоторые до сих пор считают, что он уехал домой. У Чарли были для этого причины: из-за плохих оценок его внесли в список на отчисление по результатам семестра.

– А еще – несчастная любовь, – театрально вздохнула Сибил.

Черт! У нее же вчера была первая репетиция, а я обещала прийти. Надеюсь, она не обиделась.

– В начале учебного года Чарли расстался с девушкой, – подтвердила Мэг.

 – Его друзья считают, что он потому и забросил учебу, а в день, когда он пропал, она согласилась на свидание, но, видно, ничего у них не сладилось, потому что Чарли вернулся в общежитие в плохом настроении и заперся в комнате. Больше его никто не видел.

– Он ничем не болел? – спросила я, пытаясь увязать пропавшего с лечебницей и ее заведующим.

– Вроде бы нет, – ответила Мэг. – А что?

– Да так… Что по другим?

– Герман Складовик, – торжественно зачитала с листа Сибил.

 – Теоретик. Отличник. Красавчик. Девушки с его факультета до сих пор страдают. Вроде бы он состоял в каком-то спортивном клубе… или бойцовском … Его товарищи вскользь обмолвились, Рысь обещал проверить.

– Таких проблем, как у Чарли, у Германа не было? – уточнила я.

– Нет. Он вообще был счастливчиком, по словам приятелей.

– И здоровье, наверное, имел отменное?

– Да. Но перед самым исчезновением приболел.