Память воды

Не, здорово у неё получилось, ничего не скажешь! Но как можно такого достичь? Это уникальная способность какая-то или актёрский талант?

Ведь для получения столь мощного эффекта… Для того то есть, чтобы он провалился куда-то между явью и навью… Она должна быть либо гениальной актрисой… Либо… Точно – экстрасенсом!

Интересно, Вика только на него так воздействовала?..

Влад оглянулся на зрительный зал. Народ восторженно аплодировал, даже нёс цветы и кричал «браво». Но такого ошарашенного вида, какой был, должно быть, сейчас у него, ни у кого из окружающих вроде не наблюдалось.

Вике, кстати, цветов досталось больше всех. Ну что ж, заслужила. Впечатлила – по-любому. Поразила!

Влад пожалел, что не догадался купить цветов. Это сильно облегчило бы знакомство. Ну что ж, будем обходиться тем, что имеется. Парень с энтузиазмом забил в ладоши и гаркнул во всю силу лёгких: «Браво!».

Получилось доходчиво – ведь он стоял почти вплотную к сцене. Принимавшая очередной букет Вика подняла глаза и остановила взгляд на нечаянном театромане.

Взгляд показался очень внимательным, несколько изучающим даже. Парень поспешил воспользоваться моментом и изобразил нечто вроде комического воздушного поцелуя, пытаясь жестами изобразить свой восторг и закрепить интерес к себе. Но не тут-то было! Лицо юной примы тут же поскучнело, а взгляд уплыл в недосягаемую даль – словно прощально махнувшая хвостом золотая рыбка. Тебе, типа, тут ловить нечего.

Как это нечего?! Можно подумать, он припёрся сюда по собственной воле!

Актёры тем временем спустились прямо в зал и смешались с публикой, среди которой, очевидно, было много своих – то есть персонажей, так или иначе причастных к лицедейству.

А эта порода людей, как известно, склонна к демонстративному поведению. Поэтому в проявлении эмоций, по мнению Влада, местные заметно пережимали. Возбуждённо гомонили, экзальтированно жестикулировали и картинно закатывали глаза. Поздравления здесь выглядели нарочито бурными, а обнимашки – несколько манерными.

Влад проследил глазами за Викой. Её прочно окружили три парня – явно коллеги по студии. Один – тонкий азиат, другой – смазливый блондинчик в стиле юного Ди Каприо, явно крашеный, третий – маленький, с клоунской подвижной физиономией.

Ну вот. Всего-то, небось, три парня в студии – и все трое вокруг неё вьются, не подступишься.

Народ тем временем, гомоня, выплёскивался в фойе, поближе к воздуху и свету. Туда же перетекла Вика со своими кавалерами.