Тургеневская стриптизерка

Переевшей до отрыжки всяких изысков публике, судя по всему, как раз соленого огурца для полного счастья и не хватало. (Впрочем, свеженькая стриптизерка была огурчик что надо – молоденький, упругий, соблазнительный.) Варенька поняла это, уловив, как после первых же «па» постепенно начал стихать звон вилок и бокалов, гул зала. Заинтересованность публики поощрила девушку, пришел актерский кураж: «Ага, зацепило! А я еще не то могу. Вот так! И вот так!»

«Обломный» конец номера вызвал еще большее оживление зрителей.

Кто-то хохотал, кто-то с комическим сокрушением схватился за голову, кто-то со снисходительной улыбкой обменивался одобрительными репликами. А репортер «желтой» газеты почему-то торжествующе показывал всему залу большой палец.

«Ну, слава Богу, все! В больницу!» – торопилась тем временем Варенька, наконец-то оказавшись за кулисами и на ходу собирая волосы.

Но не тут-то было. Путь ей внезапно преградил вынырнувший, как из-под пола с дорогим покрытием, Челентано.

– Выйдешь еще! – приказал он.

– Как… с чем? – не поняла Варенька. – У меня нет другого номера.

– Неважно – с чем. Главное – выйди.

– Но у меня такие обстоятельства… Я не могу.

Челентано посмотрел на нее оценивающе. И оценил так:

– Получишь, как за двойной выход.

– Хорошо… – вздохнула Варенька. – Когда?

– Часа через два… Где-то перед рассветом. Вполне успеешь что-нибудь подобрать.

Когда Варенька опять появилась на эстраде, в иллюминаторах уже слегка бледнел ранний рассвет.

Зал, подуставший веселиться, по мере сил затих, ожидая от свежеоткрытой стриптизерной звездочки очередного сюрприза. И он его получил (правда, без участия нашей героини). Да еще какой!

В иллюминаторы вдруг мощными потоками хлынула вода. Зазвенела падающая посуда, пронзительно завизжали женщины. Посетители, опрокидывая столики и оттаптывая друг другу фирменную обувь, рванулись к выходу.

Вода очень заметно прибывала.

Варенька одиноко замерла на эстраде, не зная, что предпринять. Бежать вместе со всеми к выходу? В полураздетом виде? Кинуться в гримерку за одеждой? Но это слишком долго. Завернуться в скатерть или какую-нибудь штору?

Лихорадочно осматриваясь по сторонам, девушка встретилась взглядом со Славским-младшим. Клим, в отличие от других, не давился к выходу, а стоял столбом и наблюдал за растерянной стриптизеркой.