Спираль

Специальный лексикон у Зины, конечно, был нулевой, этому ее Дуся научить не могла, но остальное она понимала великолепно.

По вечерам их водили в музеи и на концерты или просто гулять по городу. Но всегда группой. И всегда среди них был неприятный тип в сером костюме с колючими глазами. Зина иногда думала, а что, если сбежать. Отстать от всех, резко заскочить в какой-то магазин или кафе, а может парадное, выбежать с черного хода и так затеряться. Эти фантазии будоражили ее воображение, но, а что потом? У нее советский паспорт, ее просто первый же патруль арестует и вышлет обратно, на родину.

В гостинице Зина жила в одной комнате со своей вагонной попутчицей. Аделаида, так ее звали, рано ложилась спать, вставала по будильнику, в свободное время читала толстенную книгу. Зина посмотрела, что за книга, оказалась «Анна Каренина» графа Толстого. С Зиной она особо не разговаривала, их группа занималась своим, Зинина – своим. В делегацию из Москвы, кроме нее и Павлова, входили люди с завода, на котором планировалось внедрять изобретение их института и несколько совершенно незнакомых лиц.

Но уже спустя какое-то время Зина догадалась, что ничего они изобретать больше не будут, а СССР покупает старую установку в Германии и везет ее на завод. Но все представят так, что это их изобретение. Черт, кругом ложь! Кругом!

Когда до отъезда оставалось дня два, и вечером должен был состояться тот самый торжественный ужин, о котором там возбужденно говорила Лопатникова, и на который Зина пошила себе красивое, синее в горошек платье, на обеде в столовой Павлов неожиданно сказал:

– Товарищ Иванова, Зинаида Алексеевна, сегодня придется задержаться после работы.

Мы не успеваем с технической документацией.

Как задержаться? А банкет? Зина шокировано смотрела на Павлова.

Фальшивый инженер Андреев тоже уставился на него.

– А банкет? – спросил он в отличие от Зины вслух, не стал стесняться.

– Придем позже. С фрау Мозель и инженером Шульцем я договорился, – как бы ответил им обоим Павлов.

В шесть часов все уехали. В заводской лаборатории они остались вчетвером. Андреев крутился до последнего, но тоже вынужден был уйти – банкет ждать не будет. Зина делала записи за Павловым, пересчитывала таблицы, слушала Шульца и переводчицу, но с надеждой поглядывала на круглые часы на стене. «Эх, не выгуляю я платье, обидно то как!», – думала она разочаровано.

Как только часы показали семь, произошло странное.