Спираль

Вместо Иваницкой Зина стала Ивановой. «Не любят в России нерусских, – объяснила потом она Зине, – да и такая фамилия больше подходит для новой жизни», – грустно улыбнулась. Дуся работала, шила на машинке, убирала квартиры, потихоньку продавала вещи, когда было совсем невмоготу, Зина училась. «Учись хорошо, – говорила Дуся, – при любой власти лучше работать не руками, а головой». Очень хотела, чтобы Зина поступила в институт, но не получилось. Однажды Дуся, поднимая ведро воды в чужом доме, ойкнула и упала замертво.

«Удар», – сказал вызванный перепуганной хозяйкой врач. Зина в восемнадцать лет осталась совсем одна и вместо института поступила на службу.

В тот же день, когда Шмайков подписал на нее документы, Зину вызвали в местком.

– Вы будете представлять наше учреждение и нашу великую Родину, Иванова, – торжественно начала Лопатникова, освобожденный председатель месткома. – Поэтому решено выделить вам ордер на чулки, ботинки и пальто. Для торжественных встреч с товарищами в Берлине нужно будет красивое платье, но сейчас ордеров нет.

У вас есть что надеть?

– Не нужно красивое платье, дайте ордер на отрез, я сама пошью.

– Вот это дело, Иванова! Потом все покажете, что там нашили, мы должны утвердить, – прогундосил Шейнайзен, заместитель Лопатниковой.

Николай же, сидя вечером в своей комнате в коммуналке, перебирал записи и книги. Отдавать некому, лучше сжечь. Завтра он выходной, освобожден для подготовки к поездке, соседи с утра уйдут на смену, останется только Мария Кирилловна дома, вот и сварит себе старушка суп на его чертежах и рукописях.

Две книги Николай отложил, их ему подарил когда-то профессор Васнецов, обе с дарственными надписями авторов Капицы и Бора, надо как-то незаметно вернуть Андрею Аркадьевичу. Остальные, как было ни жалко, – в печь. Открыл гардероб – несколько сорочек, два костюма, один из бостона, Лида заставила пошить. «Ну что ты ходишь такой не авантажный, – упрекнула она его, – можешь же себе позволить». Сама купила и приволокла отрез, сама отвела к подпольному портному. Дорогой костюмчик вышел, зато теперь есть что надеть в поездку.

– Там будет торжественный банкет, – предупредила его Лопатникова.

– Галстук нужен, – поддакнул Шейнайзен, – знаешь, что такое галстук? – и заржал, обнажая гнилые зубы.

Николай сегодня с утра был у Андрея Аркадьевича в институте. Поговорили о работе. Потом Васнецов сказал:

– Пойдемте, молодой человек, выйдем, покурим, не будем мешать дамам дымом.