Аспирантура, туфельки и…

Обед в кафе, «прогулки» в автомобиле по городу. В понедельник, вечером, он забрал ее с работы и отвез в кафе на окраине города. «Романтик», – подумала она. «Подальше от знакомых глаз», – подумал он. Во вторник они поехали в винный бутик, выбирать по ценникам вино – розовое «Бордо», и конфеты «Мерси». Пили на старой служебной квартире. Не допили, не доели, секса тоже не было. В среду ожидания Натали не оправдались, вместо желаемых цветов, кино и ресторана, поехали допивать вино и доедать «Мерси».

– И… – спросили мы.

В четверг – он не позвонил. Натали сделала вывод: все чиновники чего-то и кого-то боятся, и, вдобавок ко всему, они чересчур практично-экономные.

Марго на этой неделе познакомилась с художником-дизайнером. На втором свидании он представил ее своей маме. Казалось, на третьем сделает предложение. Но поменялась погода, а вместе с ней и настроение художника. На горизонте засияла новая муза. Вывод: не влюбляйтесь в творческих личностей, они часто меняют муз.

Рината, умная девочка, скромно промолчала о своих дипломах, которые она получила намного раньше, чем ее слишком хвастливый взрослый ухажер.

Он, как и все предыдущие ее кавалеры, видел в ней всего лишь блондинку с голубыми глазами, не воспринимая ее магистерскую ученую степень. Такие умники любят наивных дурочек, которые, моргая длинными ресницами, восхищенно произносят: «Вау!». Наверное, боятся признать поражение своего ума против женской логики. Рината умно рассталась с надоедливым глупцом.

Так, обсудив новости за последнюю неделю, мы набираемся советов и дружеских предостережений в отношениях определенных типов мужчин. И, наученные чужим опытом, снова совершаем ошибки.

Но в субботу я учла чужие ошибки при знакомстве с молодым человеком, который тут же предложил покатать меня по городу и…

– Я закончила магистратуру и дурочку из себя строить не буду. А вообще, я не люблю розовое вино и немецкие конфеты, – чисто по-женски ответила я на простое предложение.

Одиночество

…Я сидела в комнате за столом над диссертацией.

Все вокруг было завалено папками, из которых высовывались отксерокопированные листы бумаги формата А4, и вопросительно поглядывали на меня. Некоторые части будущей диссертации лежали поверх папок, на стуле, кровати. Те, что на кровати, – их можно считать готовыми страницами моего главного труда. Их было меньше всего.

Передо мной лежала толстая раскрытая тетрадь из рода канцелярских книг.