Красные волки

Только неизвестно, что на этот счет думает сама Рой. Все попытки выяснить не продвигались дальше «это мой долг». Но Карен надеялась, что долг это не все, что их связывает, даже если Рой не хочет в этом признаться.

– Ты ведь уже делала запрос на проверку Костолица, каков результат? – спросила Карен, надевая китель.

– По данным службы безопасности Тарона, он чист. – Она сделала акцент голосом был на «службы безопасности».

– Отлично! Но есть какое-то «Но»? – Уточнила Карен. Удивительно. Рой не часто высказывает свое мнение, но если такое происходит, как минимум стоит прислушаться.

– Да. Он похож на меня.

– Тебе не кажется, что это слишком странный аргумент? Ты сама три дня назад настаивала только на элементах внешнего сходства.

– Я сказала, вы услышали. Больше нечего добавить.

Карен вздохнула, иногда Рой казалась какой-то совершенно незнакомой и говорила вещи, понятные только ей. Но у нее была пара контузий, возможно, причина в этом. Карен махнула рукой, отпуская Рой. Та, поклонившись, ушла.

Карен была очень благодарна Кларк за то, что она не ходит по пятам и делает свою работу так, что ее не видно и не слышно.

Возвращаясь к себе из медотсека, Карен прошла мимо каюты Костолица. Дверь снова была приоткрыта. Что за мания оставлять двери нараспашку? Раз уж по данным СБ он чист, у нее была для него хорошая новость, но она не знала, как ее лучше сообщить – лично или по комму. Карен помедлила немного, решая пройти мимо или все-таки заглянуть. Любопытство взяло верх, и она вошла, постучав перед этим для приличия.

Марк при виде нее вскочил и отдал честь. Карен изобразила ленивый жесть в ответ и попросила:

– Вольно. Марк, вы можете быть свободны от командования Метелью.

Марк расслабился и сел в кресло:

– Хорошо.

Карен украдкой огляделась – пусто. Ни личных «говорящих» вещей, ничего. Только аккуратная стопка чистой отглаженной формы на столе. Специально не показывает себя или действительно настолько унылый и безликий? С виду так и есть, а на самом деле по доброй воле возится с тактическими задачами, взламывает замки, носит с собой перевязочный пакет, отказывается от повышения, да еще и эмпат.

Кажется, любопытнее уже некуда…

– Неужели вам это назначение так неприятно?

– Полученное подобным образом – неприятно.

Надо же какой честный! И ведь не боится, что такая откровенность может выйти как-нибудь боком. Она помолчала и, собравшись с мыслями, проговорила:

– Но я все же хочу предложить вам другой контракт.