Страна мурров

Говорила та без остановки, громко хвалила дом и выглядела как полная противоположность обычно немногословной и погружённой в меланхолию Фанни. Но Айлин была скорее рада их дружбе.

– Да, я помню Виляву.

– Ты же видела, как она… одета?

– Заметила, – ответила Айлин. Тонкое обтягивающее трико невыгодно обрисовывает полноватые формы, вязаная кофта слишком коротка… Всё удручающе ярких цветов. – Мы будем это обсуждать?

– Только чтобы всё исправить, – поспешила объяснить Фанни. – Понимаешь, родители Вилявы не бедные, но не горят желанием тратиться на её одежду, а сама она не слишком хорошо разбирается в моде, носит, гм, безвкусное старьё.

Ты позволишь подарить ей новые вещи? Шотка согласилась сшить несколько нарядов, но велела сначала спросить у тебя.

Шотка была их домашним стилистом. Айлин удивилась.

– Прости, удобно ли это? Мне, конечно, не жалко, но что скажут родители?

– Отцу всё равно, а у матери Вилява ни о чём не спрашивает… – Фанни прикусила язык, увидев, как Айлин нахмурилась. – В смысле, она не будет возражать.

– Фанни…

– Бабушка, не надо! Всё будет нормально! Считай это благотворительностью, которой ты уделяешь столько внимания.

– Но они состоятельные люди. Как можно ни с того ни с сего делать подарки их дочери?

– Очень просто! Они даже не заметят. Отец всё время на работе, на стройке, дома почти не бывает.

А мнение матери никого не заботит… Поколебавшись, Айлин кивнула.

– Хорошо, дорогая. Полагаюсь на твоё благоразумие. Увидимся за ужином.

– Спасибо!

Фанни ушла с довольным видом.

Внучка редко выглядела счастливой, и Айлин чуть-чуть полегчало. Она позвонила охраннику в холле.

– Хейго, пожалуйста, пригласите доктора Рица в гостиную, если он не занят.

2

Риц… Айлин взглянула на старинный портрет юноши с копной светлых кудрей и длинными, по моде тех лет, бакенбардами. Какой глубокий, проницательный взор… Это был предок их нынешнего семейного врача Эдама Рица, можно сказать, основатель династии. Историю его возвышения Айлин знала с детства.

Некогда один из Монца страдал сильным кашлем. Врач лечил его микстурой, в состав которой входила ртуть, и, как все тогда, увлекался кровопусканием. Благодаря такому лечению, стоившему к тому же немалых денег, больной неудержимо приближался к своему жизненному финалу: маялся от вздутия живота и чах на глазах. По счастливому стечению обстоятельств в доме оказался молодой врач, только что прибывший из-за морей, где он обучался лекарскому искусству.