Его искра правосудия

Вилхо удивленно замер, широко распахнув глаза и пытаясь сообразить, зачем вдруг женщине понадобилось увидеть его обнаженным.

Юноша знал, что внешне он далеко не идеален. Его дерево росло не в самом удачном месте, буквально нависая над озером, где резвились наяды. А вокруг были заросли бузины, нимфочки которой отличались своеобразным чувством юмора и сложным характером. Отец несколько раз со смехом рассказывал, как отбивал своего младшего сынишку у бузинниц, потому что те собирались оставить мальчика себе. Слишком уж он любил смеяться и строить рожицы.

А вот брат был живорожденный, внешне похож на мать…

Не самое удачное время вспоминать про отца и семью!..

– Простите?! – самое правильное в таких случаях – это попытаться уточнить, что именно от тебя хотят, заодно извиняясь за возникшее недопонимание. Вот только Сэйда услышала в «Простите» не извинение, а тонкую ехидную издевку и разозлилась еще больше.

– Быстро! – рявкнула она, чувствуя, как привязка, которая вполне могла стать практически материнской, учитывая их разницу в возрасте, плавно превращается в другую.

Причем женщина понимала, что сама все портит, но ее ужасно выбесила эта связь, упавшая как снег среди лета! И зазнавшееся семейство дриад, даже во время превращения в деревья глядящих на нее с презрительным высокомерием. И эльфы-обвинители, добившиеся своего, хотя всем понятно, что этот заговор притянут за чьи-то длинные острые уши!.. И собственное бессилие, что со связкой, что с приговором, что с… Пока женщина почти в буквальном смысле дымилась от злости, Вилхо чуть ли не с наслаждением скинул с себя и плащ, и грязную рубашку, а потом отвернулся, чтобы снять штаны. Почему-то снимать их, глядя в лицо магичке, было как-то… неуютно, что ли. Да, она не дриада и даже не эльфийка, но все равно…

Тихие быстрые шаги и властное собственническое поглаживание по спине прогнали остатки уверенности. Нимфы довольно легко относились к физической близости, если она была по согласию, но попытки взять их силой могли закончиться очень печально, причем именно для самой нимфы… независимо от ее пола.

– Не надо! – так и не поворачиваясь, глядя в пол и чувствуя, как краснеет, прошептал Вилхо. Сэйда сама резко развернула парня и уставилась прямо ему в лицо, прожигая взглядом. Она всего лишь осторожно погладила шрамы на его спине. Явно следы кнута, и уж точно оставленные не его отцом. Значит, мальчишку пытали, а он даже не потрудился упомянуть об этом. Дриаду… кнутом… твари!..