Химера убойного отдела

Но оказывается, и в наших краях водятся страшные монстры, выглядящие маленькими пухленькими пичужками не крупнее синицы. Эти монстры, если не находят зерен и червячков, выклевывают мозг у мелких грызунов и птичек. А потом вешают безмозглый трупик на кустик как украшение или устрашение.

– Хорошо, что я очень крупная птица. – Брендон улыбался, рассказывая мне эти ужасы. – А то как-то лет пять назад очень суровая зима была, помнишь? Вот тогда у нас вокруг всего храма трупики мышей висели, как гирлянды.

– Жуть какая! – только и смогла выдавить я. Моей хищной натуре все равно претило подобное выборочное поедание добычи. Мозг или печень – без разницы. Раз убил, значит, ешь все, не выпендривайся. Ну или почти все… Ладно, я тоже иногда выедаю только самое вкусное, а остальное бросаю, чтобы и падальщикам было что поесть. Наверное, меня больше смутило, что так себя ведет мелкая пичужки. Им же зерна клевать положено, а не мозги выклевывать!

– Надеюсь, ты не настолько эстет? – уточнила я, притормаживая недалеко от леса.

Парковка для аэромобилей располагалась примерно в километре от леса. Для львицы легкая пробежка перед охотой. – Ну, оборачивайся! – Я выпрыгнула из машины уже зверем и замерла, ожидая, когда Брендон присоединится ко мне.

Но он, обойдя аэромобиль, чтобы оказаться на одной со мной стороне, сначала огляделся, оценив на треть забитую стоянку, потом посмотрел на лес и отрицательно помотал головой:

– Зрителей много. У тебя потом проблемы будут…

– Не дури.

 – Я снова сменила ипостась на человеческую и сурово уставилась на расстроенного парня. – О химерах уже вся страна знает. Вот и пусть…

– Вот именно! Пока они меня не видели, все идет хорошо. А если после того, как я полетаю над ними, они испугаются и решат, что нам в храме самое место? Что мы должны сидеть взаперти и не высовываться?!

Конечно, в чем-то Брендон был прав. Далеко не все решат, что грифон красавец, кому-то он может показаться монстром. И будет обидно, если до встречи с орлогрифом вживую этот оборотень готов был бороться за права химер, но передумает, увидев, по его мнению, страшного урода.

А с другой стороны, все равно когда-то придется выходить из сумрака! Так почему не сегодня?

Мы всегда опасаемся того, чего не знаем. Может быть, если показать всем, что химера почти такой же, пусть и чуть-чуть иной, неизвестность чуть-чуть сгладится?

– Обращайся! Сейчас порезвимся, – решительно объявила я.