Как пройти в библиотеку?

Матюгнувшись, я встал и на ощупь двинулся к электрощитку. Сначала надо посмотреть свой собственный, потом уже подъездный… Но на половине пути свет снова мыргнул, осветив квартиру. Не мою, мать вашу, квартиру!

Мало того, в этой квартире я был не один. В дверях стоял представительный такой дядька в форме, явно военной, только не определить, какой именно, и за ним два жлоба… Уж на что я не маленький, но вот тут каждый как два меня в плечах и метра так два в высоту. Не, два с лишним, потому что ж явно на голову выше.

– День добрый, господин Иванов.

Так, квартира, конечно, не моя, а вот фамилия – родная, редкая, от батяни перепавшая. Единственное, что мне от него перепало, так это фамилия. Ну просто у матери Гарахмундинова, так что она волевым решением меня под фамилией отца записала. Хотя все думали, что она эту фамилию с потолка взяла… А вот и нет, ни я, ни фамилия были не с потолка…

– Да, это я. Чем могу быть полезен?

Я, когда надо, могу и по отцу, и по матери, а иногда могу и вежливым побыть.

– Ваш долг государству превысил допустимые законом размеры, так что теперь все ваше имущество будет распродано, вместе с вами. Время вашего пребывания в рабстве будет зависеть от суммы, которую государству удастся получить после распродажи всего остального.

Я как стоял, так по стенке и стек.

– Послушайте, тут явно какое-то недоразумение.

– Вы, господин Иванов, не волнуйтесь. Если недоразумение, то вас обязательно выпустят и даже извинятся, – в голосе мужчины послышалась ехидная насмешка.

Ну да, ну да, выпустят и извинятся. Как же…

– Адвоката, – выдавил я, вспомнив правила поведения в подобных случаях. – И звонок матери!

– От вашей матери у нас есть подписанное согласие о невмешательстве и отсутствии наследственных притязаний на все, кроме квартиры. Так что, учитывая сумму долга, отрабатывать вам придется лет так десять, не меньше.

В голосе мужика промелькнуло что-то похожее на сочувствие, но он тут же отошел в сторону, а два амбала подхватили меня под белы рученьки и понесли вон, на улицу, в темноту, в рабство…

В рабство?! Нет, наверное, меня током каким-то странным образом шарахнуло и я лежу дома, весь такой несчастный, но живой и свободный. Завтра оклемаюсь, и все будет хорошо. Да, обязательно так и будет.