Месть подают холодной

А потом, ухватив на скаку поводья, постепенно заставил замедлиться…

– Леди, я буду только рад продлить время, проведенное с вами! Не надо бросать меня одного в лесу лишь за то, что я позволил себе проявить излишнюю настойчивость. Обещаю, впредь такого не повторится… надеюсь.

Это «надеюсь», произнесенное с обезоруживающей улыбкой, разметало едва возникший иммунитет в разные стороны и парализовало разум, активно сопротивляющийся первому серьезному увлечению.

Аника настолько расслабилась, что даже доверила своему спутнику выбор таверны для ночевки.

И почти не вздрогнула, когда обслуживающая их служанка поинтересовалась:

– А ваша невеста чего кушать изволит? Или барышня сама выберет?

– Барышня сама выберет, – Раймон пододвинул девушке картонку-меню и улыбнулся служанке: – Она у меня самостоятельная.

После этих слов мужчина положил свою ладонь на руку Анике, крепко сжав ей пальцы.

Девушка не стала вырываться до ухода служанки, но потом вопросительно посмотрела на спутника, ожидая пояснения.

– Так будет лучше… Жених с невестой, путешествующие вместе, вызывают меньше подозрений, чем просто двое, познакомившиеся в пути. Зато к вам никто не посмеет приставать, зная, что вы – моя невеста.

– Я бы хотела, чтобы впредь о ваших решениях я узнавала раньше, чем окружающие, – Аника осторожно освободила руку и взглянула на мужчину очень суровым и одновременно уверенным взглядом. Раймон, с совершенно серьезным лицом, медленно кивнул, глядя девушке в глаза.

– Хорошо, – Аника удовлетворенно и с заметным облегчением выдохнула.

Случившееся задело ее настолько, что временно разум вернул власть над чувствами. Однако ссориться она не собиралась, потому что решение на самом деле было логичным. К тому же, если уж честно, у мужчины не было времени посоветоваться, ведь отвечать на вопрос служанки надо было быстро…

– Вы прощены, – с небрежной интонацией бросила она уже успевшему состроить умоляющее выражение лица Раймону и не выдержала… рассмеялась.

А вот мужчина, сначала тоже засмеявшийся вместе с ней, вдруг напрягся, улыбка стала натянутой, и он сквозь зубы едва слышно процедил:

– Не оборачивайтесь, леди.

Ничего страшного, просто не самая приятная публика подтянулась.

Публика оказалась не только не самой приятной, но еще и очень шумной, а главное – не стесняющейся в выражениях. Поэтому Раймон подхватил Анику под руку и повел ее наверх, приказав промелькнувшей мимо них служанке подать ужин в комнату.