Опекун для высшей расы

Акита тихо вышла из казарм, постояла у стенки, отдышалась. По-хорошему, надо просто уйти и забыть. Домой уже пора, стемнеет скоро, Бурую надо успеть подоить перед сном… А ноги сами понесли искать дядю Гоша, потому что перед глазами так и стояло напуганное лицо мальчишки, а в ушах звучал едва слышный шепот: «Туа амин.. туа…».

Вроде ж злорадствовать надо – ее мать изнасиловал эльф-полукровка, а тут судьба воздает… Только как-то странно воздает эта судьба – мальчишка-несмышленыш, волосы еще в косу заплетены, значит, второго совершеннолетия не было, не ребенок, но и не мужчина по-эльфийски.

Почти как Соль… Ее Соль!..

У Акиты потемнело в глазах от гнева, и пальцы сами собой сжались в кулаки. За брата она готова была убить любого… любую!.. И этот пацаненок остроухий тоже не заслужил такого обращения!

***

– Эй, племяшка, ты что такая суровая?

Дядя Гош появился словно из ниоткуда. Вдруг возник на пути и приподнял голову Акиты за подбородок.

– Что-то случилось?

Девушка полминуты собиралась с мыслями, чтобы не вышло жалкого лепета: «А они там, а он мальчишка, а они его, а он на Соля похож».

Нет, надо было изложить понятно и четко, чтобы дядя сразу понял и помог.

– Мы воюем с эльфами? – уточнила Акита для начала.

– Набеги случаются иногда, – с легким удивлением в голосе ответил мужчина. – Ну так дело-то житейское. Оборотней вон недавно пришлых порубили, а они наших троих задрали. Всяко бывает. Вампиры, опять же, распоясались совсем. Надо бы приструнить…

– Раз не воюем, значит, насиловать эльфов нельзя? – прервала девушка дядю.

– Нет, ни нам их, ни им – нас, – насторожился тот. – А что?.. Эти бляди таки припрятали себе кого-то?

– Да. Ровесника Соля, – теперь можно, теперь как раз очень правильно указать про возраст. Чтобы дядя осознал.

– Ща по ушам им… и по другому месту!.. – разозлился мужчина и рванул в сторону той казармы, как знал, куда надо бежать.

Акита решила не влезать и тихо подождала, пока крики, мат и звуки шлепков затихли. Дядя Гош вывел на улицу эльфенка, укутанного в покрывало.

Выглядел мужчина слегка растерянно, потому что явно не знал, что теперь с этим остроухим чудом делать.

– Он же пользованный, ему теперь только у леса, – пояснил он Аките, будто та не знала, как эльфы относятся к подвергшимся насилию собратьям.

Вместо того чтобы поддержать попавших в беду, «чистые» эльфы позволяли «грязным» и полукровкам жить только на окраине лесов, постоянно напоминая им об их ущербности.