Опекун для высшей расы

От тебя голодного проку меньше будет. И животом урчать станешь, спать будешь мешать.

– А где я буду спать? – тут же поинтересовался эльфенок. Получилось у него не очень внятно. Полный рот каши очень мешает разговаривать.

– На полу пока, шубы вот рядом со стеной кину. У Соля печка за день протопилась, он перед сном еще дров кинет – теплынь будет.

Клеть-клетью, но пол-то деревянный, в два слоя и высоко от земли, чтобы не холодило. Раз на печке пожадничала, надо иначе утепляться. Печка-то не нужна – от соседних клетей так шпарит, что можно в одной сорочке бегать.

Но пол холодный все бы портил. А так – хорошо. А на шубах вообще красота.

Красота была ровно до тех пор, пока уставшая Акита не улеглась спать. Вот тут-то вся красота и закончилась, потому как Нинор ерзал, крутился, вертелся, а потом вообще стал постанывать во сне. На первый его вскрик девушка лишь встрепенулась и тут же снова уснула. На второй сползла на пол, дошлепала босиком до вороха шуб, в котором мальчишку и не разглядеть.

Нашла, что под руку подвернулось – вроде плечо. Погладила. Эльфенок затих.

Акита постояла, подождала и пошлепала обратно в кровать. Но не успела заснуть – из-под шуб раздалось горестное пошмыгивание. Едва слышное. Пришлось опять шлепать через всю комнату, отрывать из шуб мальчишку и тащить к себе.

Пусть Соль с утра только попробует что-то сказать про нравственность. Акита уже взрослая и может таскать к себе под одеяло кого хочет. Хочет – кошку, хочет – эльфа! Кошку, кстати, тискать приятнее – она мягкая, пушистая и не вырывается.

А Нинор – жилистый, коса эта еще… и напрягся весь, словно Акита его пытать собирается.

– Спи! Вставать завтра рано… – зевнула девушка в острое эльфийское ухо.

Подгребла это тощее окаменение к себе и уткнулась ему носом между лопаток. Психология всякая – это хорошо, но не тогда, когда спать надо. Так что застыл и не дергается – вот и славно.

– Утро! – в комнату без стука влетел Соль. Поборник нравственности сестры.

И застыл в дверях, пыхтя от возмущения.

– Утро! – зевнула Акита и потрясла за плечо сладко спящего эльфа. – Вставай! «Чуткий ух, острый глаз, не захватят враги вас. Потому как вы в кустах все проспите…»

– Не смешно, – пробурчал Нинор и тут же уселся на кровати, уставившись на Соля. То ли он вчера его уши как следует не разглядел, то ли еще чего спросонья привиделось.

Соль тоже смотрел на эльфа очень многообещающе.