Возлюби вампира своего

Но большую часть времени приводила в порядок замок. Где-то своими руками, где-то магией, где-то нагло используя волчьи лапы.

На самом деле и собственными силами, но с использованием вампирской скорости я бы справилась с уборкой за полдня. Просто мне было очень лениво заниматься всем этим в одиночестве. Даже имея перед собой вполне четкую и осознанную цель – выпустить птенца в нормальный чистый дом, а не в разрушенные развалины.

Правда, к вечеру у меня были чистые развалины, а не нормальный дом. Разбитые окна вампирской магией не восстановить, поломанную мебель не склеить, сгнившим тканям былое великолепие не вернуть, мозаику и витражи по новой не собрать… Но, по крайней мере, начало было положено.

Часть мусора я спалила прямо внутри, развеяв пепел через дыры в окнах, часть вытащила на улицу и устроила большой костер неподалеку от замка. Еще часть раздала бедным… вызвала рыжую самку и позволила ей забрать все, что посчитает нужным. Разговаривать со щенком мне почему-то не хотелось. Наговорит опять гадостей, и его снова придется отлупить, а мне это абсолютно не нравится.

Зато Рыжая, зайдя ко мне в комнату, так и застыла, глядя на кровать. Конечно, покрывало все комком, подушку мальчишка погрыз везде, где смог… Со стороны, наверное, очень похоже на страстную бурную оргию, а не на место для порки невоспитанных волчат.

Но самка оказалась мудрее своего вожака и вопросы задавать не стала. Выяснила, что хотела, и умчалась прочь – руководить перетаскиванием доставшегося стае богатства.

А вечером ко мне заявился щенок, как раз когда я заканчивала разбирать комнату близнецов.

Тут было разрушено почти все. Августа и Клаус сражались как загнанные звери, которым уже нечего терять. И погибли в бою, а не в подземелье, куда убийцы стаскивали выживших.

Проклятая эмпатия и ментальная связь с членами своего гнезда позволила мне прочувствовать боль и смерть каждого. Каждого! Именно поэтому казнь создателя меня не убила, я уже была не в себе, когда это произошло. Хотя она, как молния, ударила по всем его птенцам…

Ее ощутили даже те, кто был далеко.

Когда появилась я и объяснила, что именно произошло, старшие братья и сестры упоминали о дурном предчувствии, о внезапной боли в сердце… Они все поняли, что их создатель умер! Вот только мстить за него отказались.

Под пристальным взглядом мальчишки слишком углубляться в воспоминания у меня не получилось. Смерть гуляла по замку двести лет назад, сейчас мы пытаемся вернуть в него жизнь.