Возлюби вампира своего

Мог рухнуть весь за?мок, но стены, окна и решетки на них, а особенно дверь и замо?к, все равно бы сохранились!

И как тогда? Выйти отсюда мог лишь тот, кого магия создателя признает неопасным. С помощью ненависти я смогла взять под контроль свою хищную сущность, но в Дорише вообще ни капли хищного…

Я эмоционально выругалась и со злостью рыкнула уже давно проснувшемуся охраннику:

– Вожака ко мне, быстро!

Пока волк в бешеном темпе сбегал до пристроек и вернулся вместе со щенком, я вычислила, где примерно находится мой птенец, заодно призвала его обратно.

Правда, этот скорбящий попытался сопротивляться. Сопротивляться зову создателя!

Да я буду откручивать ему голову медленно, миллиметр за миллиметром… Я ему руки и ноги вырву! Я… уф, убью, оживлю, снова убью… Я ему адову боль устрою! В зомби превращу!

– Что, проголодался и сбежал охотиться на зайцев?

Мальчишка, стараясь не глядеть мне в глаза, попытался пошутить, но, ощутив, как искрит в воздухе от моего гнева, заткнулся.

Подняв голову, он с вызовом уставился на меня, напряженный, как перед боем. Только оскалиться пока не рискнул.

– Это мой волк!

Угу, почуял, что я собираюсь свернуть лохматой разине шею, потому что мой настрой убивать никуда не делся, только усилился! Птенца под рукой нет, щенка жалко, остается только этот ротозей!

– Мелкий кровосос сбежал от тебя, а ты собралась сорвать злость на моем волке?! – в голосе щенка отчетливо звучало раздражение.

И презрение. Если не ко мне, то к моему птенцу: – Мы вернем тебе твоего нытика. Вот с ним делай, что хочешь, – теперь, говоря со мной со злой требовательностью, мальчишка буквально ослеплял меня своими голубыми лазерами. Застыв, мы пронзали друг друга взглядами, как ножами.

А потом я, быстрее чем за секунду, метнулась вперед, схватила за шкирку причину нашей ссоры, так и не сменившую ипостась, и подняла вверх, легко, словно он ничего не весил.

– Отпусти! – Щенок, оскалившись, зарычал и тоже обернулся, приготовившись к прыжку и, уверена, уже не думая о том, что сам умрет после моей смерти или его убью я, если выживу.

Вторая псина захрипела и попыталась извернуться и вырваться…

Я медлила, ужасно медлила для вампира, причем сама понимала это. Вот для оборотней все происходило слишком быстро. Мгновение – и я стою не перед ними, а сзади, держа на вытянутой руке одного из них, между прочим довольно крупного волка.