Возлюби вампира своего

Так что щенок почти сразу притих, но зарычал, оскалился, всем своим видом выражая недовольство. Вот только возбуждение не хотело исчезать, причем я ничего для этого не делала. Лишь легонечко поглаживала, расслабляя источник моего ужина.

Когда мальчишка, забыв про гордость, зажмурился, продолжая стоять на коленях, откинулся слегка назад, упершись руками в землю, и принялся едва заметно двигать бедрами в такт моим ласкам, я удовлетворенно улыбнулась. Щенок сдавался на милость победителя. Мне нужен был оргазм, нужно было, чтобы кровь в источнике кипела, бурлила, обжигала, как… шампанское!

Только почувствовав, что блюдо почти готово, я наконец-то проткнула клыками вену и впилась в нее, делая глоток за глотком.

Ощущая, как бьется в моих руках тело мальчишки.

– Вкусный… – напившись, выдохнула я устало. – Испачкался, правда, как свинья, – несмотря на сытое удовлетворение, я не смогла удержаться от ехидства, размазывая при этом белую густую жидкость по животу щенка. А потом провела этими же пальцами у него по губам.

– Су-у-ука, – со злостью процедил он, брезгливо вытирая рот рукой. Потом, не меняя ипостаси, добежал до края берега и прыгнул сразу чуть ли не в середину реки.

– Стерва, – рассмеялась я ему вслед.

Что ж, я поела, остальное не моя забота. Конечно, спящий ночью вампир – редкое извращение. Но не сидеть же мне до утра, дожидаясь, пока эти улитки отдышатся для продолжения нашего путешествия?

Правда, какое-то время волки шумно возились, часть стаи бегала охотиться, часть охраняла выбранную для ночного лежбища территорию, но и заодно уж меня.

А еще вожака, упавшего после купания без сил. Подумаешь, слегка не рассчитала, увлеклась… Конечно, прежде чем уснуть, я прислушалась, выделяя из двадцати семи бьющихся неподалеку сердец одно – то, которое принадлежало моему щенку.

Утром я проснулась оттого, что рядом кто-то слишком громко дышал и слишком вкусно пах. Мальчишка неосознанно подполз ко мне, причем, едва я заворочалась, он подскочил и уставился на меня обвиняюще-обиженным взглядом.

– По-твоему, это я тебя выкрала в ночи у стаи и притащила к себе поближе?

Насмешка в моем голосе щелкнула по самолюбию, так что щенок возмущенно зарычал.

– Ты еще сам себя покусай. Особенно за вчерашнее, – продолжала веселиться я, с удовольствием наблюдая, как волчонок злится. – Все, надевайте штаны, выворачивайтесь наизнанку, шкурками наверх, и побежали.