Ночь Cвятого Валентина

Анатолий Петрович, у меня к вам есть пара вопросов.

Тот молча кивнул, и они вместе пошли по коридору.

– Имела ли эта шайка отношение к приближенным Императорской Фамилии?

– Мы не смогли определить, к сожалению. Но они были все в серой форме, как и несколько раз до того. Можно предположить, что это слуги Охотника.

– Понял. Проверьте Старковского.

– Зачем?

– Мне нужно быть уверенным, что он никак с ними не связан.

– Так точно!

Старковского отвели на пятый этаж и заселили в комнату. Она была очень похожа на больничную палату, где он провел некогда около двух месяцев, лечась от пневмонии.

Односпалка, столик, шкаф в углу, пара стульев, большое пластиковое окно. Старковский выключил свет и подошел к окну. Посмотрел, затем присел на подоконник. С пятого этажа открывался красивый вид на город. Чернота ночи была изрезана электрическим светом самых разных цветов и оттенков: вывески, фары, фонари, желтое, синее, розовое… А вверху, в темноте – молочно-белая луна.

Старковский любил вот так сидеть и смотреть ночью из окна в своей больничной палате.

И сейчас все было прям, как тогда. Только город другой… Внезапно идиллию нарушил троекратный стук в дверь.

– Да!

Дверь открылась, на пороге стояла Марина с подносом на руках. Она прошла по светлой дорожке во мраке комнаты к столику.

– А вы не боитесь сидеть один без света после того, что произошло? – спросила она.

– А чего бояться? Ваши люди под боком, – улыбнулся в ответ литератор.

– Поешьте. Если что-то понадобится – я в конце коридора в комнате слева.

– Спасибо.

А вот это отличается от больничного рациона, подумал Старковский, включив свет. На подносе была тарелка горячего, вкусно пахнущего борща, картофельное пюре, щедро приправленное специями, две котлеты, без меры снабженные приятной на вид подливкой, две пиалы с морским салатом и оливье, кусков пять хлеба, чашка кофе, фрукты, булочки и шоколад. Аж слюнки потекли. Старковский улыбнулся, взял в руки ложку и замер, вдруг вспомнив рожу той твари, что хотела часа три назад сожрать его.

Вздохнул, бросил ложку и снова посмотрел в окно.

– Матерь божья, оказывается, мир – не такое уж и спокойное место.

Тут же дверь без стука открылась, и в комнату вбежало несколько солдат, в том числе и генерал. Солдаты остановились стройной шеренгой у двери. Генерал подошел к Старковскому.

– Простите, что тревожим. Да вы, кажется, и не спали. Тут срочное дело. Вам нужно поехать с нами.

– Да, я готов.