Телеграф Матрица

Последние слова, как вердикт, произнёс его непосредственный начальник.

Отправлен, несмотря ни на что!

Его убеждения были так ничтожны и сказаны настолько тихо, что их просто никто не услышал. Всё остальное, что происходило дальше, для него потеряло всякий смысл, он, как телёнок, последовал в бухгалтерию за командировочными расходами. Ему было всё равно, сколько причитается денег, то есть, какая сумма будет сопровождать его в этот город и не даст заскучать, что ещё произнёс по этому поводу всё тот же его теперь уже не совсем любимый начальник.

Эта командировка для него была первой в его новой фирме. Фирма, признаться, продвинутая, и все права работающего человека выполняются по закону и даже больше. Когда расписывался в ведомости, бухгалтер ему указала, что надо ещё в одной графе поставить автограф. Она это торжественно произнесла, сказав: – Вы едете в N, а там много денег надо. – Она произнесла свои слова достаточно убедительно.

Молодой человек решил взглянуть на выражение её лица, выражение говорило о том, что бухгалтер говорит и отдаёт отчёт сказанным словам.

– Там музеи, старина, рестораны, дискотеки, развлечения. Вам всё это поможет поднять несколько испорченное настроение. Да вы не переживайте, все, кто ездит в этот город, всегда возвращаются одухотворёнными.

И тут что-то опять щёлкнуло в виске. Опять что-то застучало, как телеграфный аппарат.

«О-ду-хо-тво-рён-ны-е… тире-точка-тире-точка-точка-тире»…

Командировочные расходы получились приличные, только где там можно их потратить, в этом городе, он не мог даже представить.

Добрался! Приехал и даже не устал, и настрой непонятно почему сменился на позитивный, внутреннее состояние говорило, что всё здорово ведь, и никакая это не провинция – конец августа, ещё лето, музеи, старина.

О командировке долго рассказывать нечего, справился быстро, по времени уложился в половину отведённого и запланированного, проблем не возникло ни в чём, всё шло с опережением и на подъёме.

Билет обратно у него был сразу, сначала пожалел о том, что купил заранее и что только через три дня сможет уехать.

Любимое море где-то далеко-далеко томилось в ожидании его, поблёскивало и звало.

Но то, что происходит, значит, не зря происходит, значит, так должно быть и никак по-другому, размышлял наш герой.