Алёнка из Синего леса

 – Сказал, что меня там ждут… Вы со мной завтра поедете?

– Думаешь, не вернёшься? – голос Черныша дрогнул. И этот несколько потяжелевший котейка пригнул ко мне на колени. Как же быстро он прибавил в весе.

– Не знаю. Честно говоря, я боюсь. Академия, мир ваш и прочие чудеса…Всё это здорово. Только у меня родители. Мама переживает, папа… – Я всхлипнула, впервые позволив себе сказать о наболевшем.

– Ты жалеешь, что познакомилась с нами? – тихо поинтересовался кот, за что тут же был притиснут мной обеими руками.

– Нет, не жалею. Но ведь они переживают. – Я решительно отмела предположение кота. Вот ещё, жалею! Даже череп вполне приятная личность. Когда глазами не светит и не пытается двигать челюстью. – Я боюсь, вдруг мне не разрешат вернуться домой. Или не будет такой возможности, а тот ненормальный, что меня сюда закинул, не из вашего мира. Даже к избушке привыкнуть успела. Только продуктов бы побольше. А если в Академию не возьмут и домой вернуться не смогу, то и не знаю, как и быть-то.

Последнее меня очень волновало, потому как лекарка из меня была никакая, а кушать хотелось регулярно.

«В лес надо сходить за грибами, за ягодами. Насушить. Дичи наколотить да посолить, повялить. Или так сырого мяса запасти, – раздалось у меня в голове. Да так чётко, что руки, удерживающие кота, разжались и размякший Черныш свалился с колен. – Если в книге не найдёшь, то с заклинанием заморозки, так и быть, помогу».

– Алёна! – обиженно мякнул кот, шмякнувшись на пол.

– Э…это ты сейчас у меня в голове разговаривал? – медленно, выговаривая каждое слово, поинтересовалась я. Мои слова звучали странно, но иначе никак не объяснить.

– В голове? – нахмурился котейка и посмотрел на меня, как на болезную. – А в каком месте? Алёна, а ты, случаем, поганки не ела? Там, в конце огорода растут, за смородиной.

– Не ела, – буркнула я, ощупывая макушку. Чего я там хотела отыскать, сама не знаю. Даже если сядь на голову дятел, и то стало бы понятно, в чём дело.

Сначала кот смотрел на меня озадаченно, затем с жалостью. Потом выражение чёрной морды изменилось.

– Так это же череп! – Черныш подпрыгнул и развернулся в сторону полочки. – Череп, это ты Алёну пугаешь? А по-другому никак нельзя было?

Я вдохнула полной грудью, стараясь не кричать. Вслед за котом повернулась к черепушке и с упрёком посмотрела в чуть подсвечивающиеся глазницы. В летнем лагере мы как друг друга только не пугали.