Цветок Белогории. Том 2

Зачем? Обидно!

– И кто в этом виноват?! Это ты же сбежал тогда! – возмутилась я, обвивая своими руками талию мужчины и прижимаясь к нему сильней. Мои слова получились какие-то обвиняющие.

– Потому что ты оттолкнула меня, – с какой-то болью в голосе произнёс Рональд, – скажи почему? Неужели я тебе противен? Я ведь Змей, а не Рысь. В этом дело?

– Вот ещё глупости! – фыркнула я, с укоризной посмотрев на оборотня, – да такого не было, ни разика! С чего ты взял? – мои руки переместились на грудь мужчины, свои же он так и не отнял.

Словно боялся, что я могу сбежать.

Приятно.

– Ты оттолкнула меня, помнишь?– произнёс он тем самым тоном, который мог вогнать любого в краску и усовестить, но не меня. Я ведь знаю, отчего это произошло, помню.

– Помню, – подтвердила я.

Разве такое забудешь! А ещё я очень хорошо запомнила, что ни тогда, ни в этот вечер о любви мне никто не говорил. Так к чему этот допрос? Змеи любвеобильны, это я тоже отлично помню. Как и то, что без него мне очень и очень плохо!

И как быть?

– Ну, так что?– Рон согнутым пальцем поддел мой подбородок и заглянул в глаза.

– Ты мне точно не противен, – я вдруг вспомнила, с чего начался наш разговор, – глупости какие! Стала бы я с тобой целоваться.

– Действительно, – произнёс мой личный Змей-искуситель, прикасаясь своими губами к моему виску, щёчке и спускаясь к губам, – и это так приятно… Но ещё приятнее не разговоры разговаривать, а действовать.

– Действуй, – прошептала я, закрывая глаза.

Мне казалось, что снова наступило лето.

Так горячи были его прикосновения и жарки поцелуи. Кожаный шнурок с волос Рона куда-то слетел, и я с удовольствием запускала руки в густые волосы Змея в те моменты, когда он целовал мою шею, плечи. Прислонившись к столбу беседки, я задыхалась от нежности его прикосновений, от тех желаний, которые будил во мне Рональд, от восторга, с которым он смотрел на меня. Что я делаю? Эта мысль пару раз пронеслась в моей голове. Змей же ловким движением ослабил шнуровку на моем платье, и то предательски начало спускаться с плеч.

– Ты замёрзнешь, – хрипло произнёс он, снимая с себя и набрасывая мне на плечи свою куртку, а затем крепко прижимая к своему горячем телу.

Замёрзну? Какая глупость. Именно сейчас я горела от его прикосновений, от тёмного взгляда, затягивающего в свои глубины и тех ощущений, что возникали во мне от его близости.

– И заболею, – усмехнулась я, зачем-то добавив несмешную шутку, – и умру.