Краски. Логово дракона. Часть 3

Она села за дипломный проект, начатый вчера ранним утром, и закончила, когда за окном уже темным одеялом опустился на город вечер. Перед сном студентка еще раз пролистала проект по диагонали, чтобы проверить на пунктуацию и орфографию, но отправить решила завтра. Сил совсем не осталось, а еще предстояло написать к нему сопроводительное письмо, список использованной литературы, которую Алекса не использовала совсем, и разбить этот порыв бунтующей подростковой души на главы. И предупредить маму.

Последнее казалось самым сложным.

И, возможно, неисполнимым до того самого момента, пока ученица не озвучит тему дипломного проекта под зорким надзором веб-камеры, за объективом которой будет скрываться по меньшей мере пять пар глаз приемной комиссии, связующим звеном с которой будет мать. Прекрасная авантюра!

Но, несмотря на столь щекотливые мысли и некое предвкушение реакции на собственный протест, Алекса забылась мирным сном, укутавшись в пушистое одеяло по самое лицо.

Рано утром после пробежки и продолжительного горячего душа она составила все недостающие документы на проект и отправила его по электронной почте принимающей стороне. Вот так, не дав прочесть родителям, не предупредив их, и отбросив любое смущение и неуверенность в себе. Это ее образование, и она готова нести ответственность. После чего решила все-таки спуститься к отцу на завтрак.

Родителя в гостиной еще не было. Сквозь большую прозрачную стену западного входа стал виден мир, который Алекса, казалось, лицезрела в последний раз еще до отъезда Дениэла.

Его имя пребольно ударило в грудную клетку, моментально вызвав слезы, но девушка живо взяла себя в руки, не готовая проплакать на руках у папы все утро. На это у нее будет еще целый день, куда спешить? Более того, целая жизнь.

Маленькая хозяйка кухни поставила на плиту чайник и стала греть ореховое молоко для какао. Когда кружки были готовы наполниться ароматным горячим шоколадом, девушка услышала знакомый скрип дверной ручки этажом выше.

Алекса подняла взгляд к потолку и прислушалась. Отец знакомой поступью миновал коридор и стал спускаться по лестнице в кухню.

– Доброе утро, пап! – Поприветствовала она его со слабой улыбкой мученика.

Оливер отметил, что дочь снова обрела почву под ногами. Видимо, слезы, которые два дня назад она пролила у отца на груди, дали ей возможность немного очистить разум и прийти в себя.