Краски. Путь домой. Часть 5

Ему не хватало экономической жилки, коммуникабельности и настойчивости, но всего этого было с лихвой у Дениэла, поэтому из мужчин получился прекрасный дуэт. И пусть на дворе было воскресенье, это не останавливало их работу над мечтой, усердную и горячую.

Невдалеке от него возле распахнутых рольставней гаражного отсека уставшая от смет и забот Алекса холила своего белоснежного коня. Спросил бы кто у мужчины, как мотоцикл, на котором столько ездят по пыльным улицам укрытого смогом города, может оставаться настолько сияющим и чистым, и он бы ответил, что это результат каждодневного вылизывания любимчика.

Он видел жар и преданность девушки по отношению к технике и даже немного сокрушался, что он не мотоцикл. Ну и завидовал самую малость, что у нее есть возможность рассекать по дорогам на двух колесах. Ничего, однажды и он заполнит этот пробел в жизни.

– Пару лет назад вы сидели наоборот, – заметил подходящий к гаражу мистер Траст. – Дениэл был в технике, а Алекса – за книгами на шезлонге.

Влюбленные тепло переглянулись и поприветствовали главу семьи в своей компании.

Алекса, убрав волосы со лба тыльной стороной руки, счастливо улыбнулась, наблюдая за душевными объятиями своих самых главных мужчин.

– Дашь прокатиться? – Попросил отец, кивнув на спортбайк, который еще недавно хаял за неудобную посадку и резкий двигатель.

– Когда ты уже своим обзаведешься? – Театрально закатила глаза Алекса и отошла от мотоцикла, вытирая руки тряпкой.

Мистер Траст улыбнулся и привычно сел в седло.

Он брал мотоцикл дочери очень часто, уже закупил некоторые части мотозащиты, но все еще озирался по сторонам, остерегаясь, что кто-то узнает о его теневой жизни. Проводив отца хитрым заговорщическим взглядом, Алекса села рядом с Дениэлом и, прильнув к нему верной кошкой, нежно поцеловала, вызвав в его теле понятную и ожидаемую реакцию.

– Я соскучилась, – промурчала она, скользнув по груди ладонью, там, где под футболкой был рубец, который она наблюдала каждый вечер в спальне перед сном.

 – Когда он заживет?

– Через пару дней осмотр у Фергусона, я спрошу, – вздохнул Дениэл.

Одна мысль о том, что теперь его личной жизнью руководит горстка докторов, удручала и вводила мужчину в уныние. Хотелось стряхнуть с себя оковы запретов и устроить жаркий бунт, чтобы доказать лекарям, как глубоко они заблуждаются насчет него. Но Дениэл точно знал, что в нем бушевал освобожденный подросток, много лет скрывавшийся в ракушке после смерти отца.