Краски. Шаг в темноту. Часть 4

– Оливер, это кошмар какой-то! – Воскликнула Мелани и, оставив в покое документы, заплакала вполне реальными осязаемыми слезами. – У меня такое ощущение, что я ничего другого делать не умею! Реву целыми днями, либо нахожусь на грани слез! Что со мной происходит?

– Это после отпуска?

– Угу.

Он присел рядом со своей красавицей и погладил ей плечи. Что-то в ней изменилось, но мужчина наотрез не мог понять, что. Похорошела, загорела, перестала пользоваться косметикой? Возможно… Но появилась некая мягкость, которой он не замечал в избраннице уже очень давно, со времен, пожалуй, поздних школьных лет, когда принял решение остаться с этой девушкой навсегда.

Она вся такая нежная и утонченная, но при этом мягкая, и трепетная.

– Может, подхватила какую-то тропическую болезнь? – Предположил он, обняв свою драгоценность.

– Тогда почему вы с Алексой до сих пор не рыдаете?

– Может, у нас иммунитет? – Пожал плечами Оливер. – Знаешь, если честно, я считаю, что тебе нужно поплакать.

Ты столько лет была «железной леди», что пора и покапризничать. В любом случае, если это выходит из тебя, значит, внутри становится чище. У тебя ничего не болит?

– Нет. Только сплю много, – буркнула Мелани. – Так бывало, когда я болела простудой и не могла есть. Только тут с аппетитом все нормально.

Он замолчал. Первая мысль, которая появилась в его голове – «позвонить Фергусону», но последняя встреча с фанатичным доктором прошла очень нервно для них с Дениэлом, поэтому Оливер отбросил образ улыбчивого исследователя подальше.

Ей не нужен нервирующий фактор из этого психа, ей нужны забота и покой. Он покрепче сжал хрупкое тело супруги и вздохнул.

– Мел, ты просто растешь, – пробубнил он ей куда-то в щекочущие локоны рассыпчатых волос.

– Вверх или вширь? – Съязвила она.

– Вглубь, – уточнил мужчина. – Я радуюсь такому твоему движению. Вспоминаю обо всех кризисах своих подопечных и могу тебе точно сказать, что однажды все наладится, а ты снова вернешься в себя.

Или не в себя, и мы познакомимся вновь.

– Тебя не пугают мои перепады настроения? – Всхлипнула страдалица.

– Нет. Они похожи на всплески подросткового бунта Алексы по весне. Я уже привык, что кто-то в нашей семье постоянно бунтует.

Оливер мягко улыбнулся и стал подниматься с дивана. Не терпелось скинуть этот ненавистный костюм вместе с тугим галстуком и жесткой рубашкой.

– Я постараюсь не устраивать сцен, – слезливо пообещала Мелани.