Ангелы по совместительству. Да здравствует Король!

Белые тем временем обустроили лагерь и подготовились к испытаниям, как смогли. Ли Хан снова развесил на тентах свои приспособы (все эти пучки и узелки из травок), а также выгулял кота, который против высаживания себя в песочек возражал всеми четырьмя лапами. Шороха с шумом и руганью выгнали за флажки (или потом пускай мне не жалуется!).

Когда все неотложные дела были сделаны и в котелках забулькала овсянка, в лагерь подтянулись довольные колдуны. Они успешно преодолели свои предубеждения против искательства и влет разорили кучу мелких заначек, которые могли остаться на месте только в одном случае – если люди покинули город, не успев даже башмаки надеть.

Естественно, этот факт никого не встревожил. Боевые маги держались до омерзения легкомысленно. То есть я понимаю, что ими движет (сам такой), но нельзя же постоянно руководствоваться рефлексами! Так вот черные и погибают.

Я подошел к Ли Хану и пихнул в бок:

– Лезь в грузовик к Ридзеру, Ахиме со мной останется.

– Что вы себе позволяете?!! – вспылил белый, но потом внезапно осознал, кому хамит, и струхнул.

– Контролируй свои эмоции! – торжественно объявил я. – От твоей выдержки зависят жизни людей. И дрыхнуть не вздумай.

Ли Хан пару раз глубоко вздохнул и не стал ничего отвечать. Правильно! Нечего из себя вождя корежить.

Ахиме реагировал на стресс более типично, в смысле лаяться с окружающими его не тянуло.

– Не смогу заснуть, – пожаловался он.

– Это хорошо, – кивнул я. – Попробуй-ка, дружок, вспомнить что-нибудь еще об этом городе.

– Молод я, не опытен, – снова повинился Ахиме. – Наставник про тот случай сказал, что Харна-Турум – ловушка для проезжающих.

– Если город – ловушка, почему его не снесли до сих пор?

В Ингернике подобное – нормальная реакция на любую катастрофу. Вон Нинтарк рвом обнесли и солью засыпали на полпальца, природники до сих пор ноют про загрязнение грунтовых вод.

– Не знаю, – покачал головой Ахиме. – Все очень давно было.

По мне, так оно с тех пор и не кончается.

Придется сторожить.

Я пощипал себя за мочки ушей, припомнил несколько бодрящих мантр и тайком нацарапал на ладони знак-концентратор (крови немного, а эффект – как от нашатырного спирта, проверено). Синие сумерки в тени Хребта Мира уверенно переходили в чернильно-черную ночь.

Наверное, я все-таки задремал, несмотря на все мантры и знаки. Встрепенуться меня заставило омерзительное ощущение, которое невозможно было с чем-либо спутать, – рушащийся некромантический Круг.