Тишина

– Мама дома? – впопыхах твердила девочка. Она почти плакала, и в стыдливых попытках сдержать слезы круглое личико казалось злым и ужасно рассерженным. Влад даже испугался, что злится она на него.

– Нет.

– Усто[4 - Усто (удм.) – хорошо.]! – выпалила девочка.

Жемчужные глаза сверкали отчаянием и метались по всему пространству кухни, отыскивая себе местечко и не решаясь примкнуть никуда особенно. В гостях у Влада Семела была впервые. Его мама была ужасно строга в этом отношении – никому из чужих не дозволялось входить в дом.

А чужими для нее были все в деревне. Семела знала, что, несмотря на всегдашнюю доброту и приветливость, мама Влада непременно прогонит ее, если застанет в своем доме.

В этом доме пахло особенно. Влад того никогда не замечал, но Семела даже в суете отчаяния заметила приятный запах старины. Она порывисто прошагала по кухне, как бы стыдясь своего появления, после чего в бессилии прижалась к теплой печи. В ее доме никогда не топили весной. А здесь печь была такая большая и горячая, и так она вкусно пахла, что хотелось ее обнять и заснуть.

– Селька, – Влад не знал, что предпринять. Он был ужасно напуган.

– Прости, прости, прости, – Семела зажмурила глаза и быстро затараторила. – Зря я к тебе… я сейчас посижу… пережду… и уйду куда-нибудь. Прости, Влад, ты мне один спаситель.

– «Куда-нибудь»? – рассерженно повторил Влад. – Селька, быстро признавайся, чего у тебя?

Он уже понял, что стряслось. Рано или поздно это неминуемо должно было случиться.

Влад сердился не на нее, не на бедную милую «Сельку», а на ее отца. Стук ветра в окне заглушил крик из соседского дома. Влад незаметно глянул на улицу – свет в доме Семелы погас. Что там происходило теперь, оставалось только гадать.

– Я попрошу маму тебя оставить, – запросил Влад, не дожидаясь разъяснений девочки. – Я упрошу, Селька! Ты у нас переждешь.

Она отрывисто мотала головой. Влада всегда это раздражало в ней – она была слишком горда. Даже в укор себе.

Семела наотрез отказалась проситься в чужой дом. И, как явилась бы мама Влада, тут же удрала бы куда-нибудь на улицу. Или в лес.

В лес. Вполне в ее характере было бы спрятаться там, не разбирая дороги.

– Боюсь я туда… – Семела кивнула в окно, в сторону своего дома. – Отец маму почти убил, он и меня, и меня убьет…

Она вся тряслась и не могла сделать и шагу от печи.

– Я побегу к соседям! – предложил Влад. Страх передавался и ему.