По твоим следам

Много чудесного читал в книгах о здешних народах у Исигона и Ктесия.

Мелетий фыркнул и заметил:

– Нашёл кому верить! Эти писаки такого насочиняли, чтоб привлечь внимание к своим книгам.

Я вскинула бровь и повернулась к нему не спеша:

– Так я не увижу того о чём читал?

– Странно, – в наш разговор влез владелец скифской лошади. – ты утверждал, что из Миллета, а диалект как у херсонесита.

Вот же пристал, спасения от него нет! Я испугалась, но решила играть до конца. Окинула его взглядом, как можно презрительнее.

В ответ молодой человек гордо вздёрнул свой большой нос. Только бы добраться до моего любимого, под его крылом мне никто не страшен. Я села по-мужски, широко раскинув стопы, и в упор посмотрела на задиру.

– Павсикакий, вы будете меня учить моему родному диалекту?

Нас – детей купца учили торговле, меня как будущую жену купца, чтобы разбираться в деле, пока муж в отъезде. Жёны простых торговцев вовсе сами сидели в лавках. В полисе селились семьи из разных племён.

Языки мне легко давались, понимала множество диалектов и различала словно музыку. С домашними рабами даже выучила хорошо скифский. Он хотел потягаться со мной? Наши взгляды схлестнулись, словно бойцовские петухи на боях, которыми любили развлечься горожане в прохладный вечер. Отступать не собиралась, и твёрдо держала взгляд, насколько возможно в движении по дороге. Этот человек ненавидел меня, даже воздух между нами уплотнился. Вмешался мой благодетель:

– Чего ты пристал к мальчику? Никаких драк в моём караване.

Павсикакий сразу утих. Его друзья отвлекли его разговорами. Мне стало неловко, ещё ехать с купцами до Ялоса. Я оглянулась вокруг, в голову не приходило никакой дельной мысли, чтоб сменить разговор. О чем поговорить: о политике или о женщинах? На севере над рекой вился сизый туман, за него и ухватилась:

– А что там за дым? Какое селение?

– Нет никого. На реке давно не живут.

– Пожар в лесу значит? – холодно заметила я. – Говорят, летом там бывает такое.

Мелетий посмотрел в сторону реки и приставил ладонь козырьком над глазами. Через несколько мгновений он резко изменился в лице и стал гнать меня с повозки.

– Слезай, говорю, и беги рядом, если жизнь дорога! – с этими словами он злобно стегнул своих волов.

Я упёрлась, потому что не понимала причины столь резкой смены настроения. Дева-Хранительница, что происходит? Купец готов и мне всыпать плетей. Остальные тоже засуетились.