Тайна Алафийского замка

Кажется, она стала длиннее и толще? И чего он так с ней носится? Эвелин вспомнила, что однажды предложила ему постричься, как Михась. Иван тогда, кажется, обиделся.

Точно такая же коса была у его отца, и у ее папы тоже. Эвелин однажды показалось, что в них сверкнули металлические нити, как у алафов, которых они встретили в музее на Лысой Горе во время экскурсии. У Ваньки были обычные косы. И чего тогда ему коса нужна? Как девчонка. Сила в них что-ли заключена какая-то, магическая?

Лазореус неслышно скользил рядом с ними тенью.

Его черные смоляные космы блестели на солнце в аккуратных косичках – целых семь, посчитала Эвелин. Улыбнулась. Вспомнила, как предложила сделать маникюр сомхусу. Сомхусу! На все его шесть пальцев на двух руках. И о Флора! Он согласился! И теперь его ногти блестели под бесцветным лаком.

Лазореуса по-прежнему видели только Эвелин и Иван. Иногда он позволял увидеть себя Розалинде Витольдовне: только когда она угощала его цветочным пирогом. Боялся, наверное, что ему не достанется.

Телохранитель царской семьи был недоступен для взора простых смертных.

Не прощаясь, Эвелин и Иван разошлись каждый в свою калитку. Они знали, что вечером снова будут сидеть на лавочке, болтать, смеяться и лопать бабушкин цветочный пирог.

Все неприятности отступали перед их дружбой. А заклинание? А никуда оно не денется. Не получилось сегодня – получится завтра. В этом они уже были твердо уверены.

– Эви, что-то случилось? – на крыльце ее встретила бабушка. Разрумянившаяся, с небрежным пучком светлых волос на голове она казалась моложе своих лет.

  Милый цветастый фартучек накинут на спортивный костюм. Значит, приготовила что-то вкусненькое. Эвелин вдохнула, почувствовала запах выпечки. Так и есть. Цветочный пирог.

– Не, ба, все норм, ерунда. – Эвелин по-прежнему старалась решать свои проблемы сама, хотя много раз давала себе слово, что будет иногда делиться с бабушкой своими трудностями.

Глава 2 Алафийский жетон

Ранним утром Эвелин и Розалинда Витольдовна стояли на крыльце своего домика.

В воздухе витал сладкий аромат любимых цветов бабушки: разноцветных петуний, пышных бархатцев, вьющихся роз.

Вазоны с растениями занимали все свободное пространство на крыльце и ступеньках. Висели в плетеных кашпо под козырьком у входа.

Эвелин вдохнула полной грудью еще прохладный медвяный воздух.

“Вкусно”, – выдохнула она.

Сбоку на коврике, подрагивая и шевеля вислыми ушами, спали шишеры: Фенечка и Малуша.