Французская мелодия

– И вы это можете доказать это на деле?

– То есть?

– Предлагаю провести вечер в моём обществе, – поспешила уточнить француженка. – Бу дете развлекать меня рассказами о любовных похождениях, я украшать ваше одиночество. Не для этого ли вы накручивали по пирсу круги, разглядывая меня в отражении витрин?

– Заметили?

Понимая, что первый раунд проигран, Илья решил позволить француженке покуражиться.

– Первый раз возле магазина, – не замедлила воспользоваться Элизабет. – Затем возле банка.

Богданов хотел было напомнить о ночном разговоре. Посчитав, что бестактность – не лучший способ для нанесения ответного укола.

– Предложение по поводу вечера принято. Надеюсь, мадам пунктуальна?

– Настолько, насколько позволяет женская слабость.

Сказать, что вечер удался, не было преувеличением. Всех, кто находился в ресторане, включая женщин, были загипнотизированы француженкой. Даже Богданов и тот, будучи готовым к появлению рыжеволосой как явлению, вынужден был признать, что Элизабет превзошла саму себя.

Белые гофрированные брюки, такого же цвета блузка с глубоким декольте создавали впечатление, будто явление не то идет, не то плывет.

Поймав себя на мысли – «гордость, подпитанная вниманием к Элизабет со стороны публики, а значит и к нему тоже, мешает собраться с мыслями», Илья, придав лицу максимум безразличия, решил начать с укола по самолюбию француженки.

Предложив Элизабет занять место напротив, проговорил: «Почему-то думалось, пунктуальность свойственна не только королям, но и королевам тоже».

На что француженка без тени смущения ответила: «Видно, что общество, в котором вращаетесь вы, никоем образом не касается ни тех, ни других. Опоздание в пятнадцать минут – признак тона, свойственного только королям, но никак ни тем, кто им служит. Поэтому вы здесь, я -там.»

До того, как начать изучать меню, Элизабет заказала мартини. Богданов – коньяк, хотя больше предпочитал виски, за редким исключением водку, когда тому соответствовало настроение.

Минут пять ушло на выбор блюд, ещё столько же на объяснения с официантом.

Оставшись одни, разговор по инициативе француженки перешёл на тему отдыха, а также всего, что было связано с Крымом. Говорили обо всём, но только не о самой Лемье. Вопросы, касающийся француженки или оставались без ответа или уводились Элизабет в сторону.