Печаль моя светла

– Валюш, ты чего? Я даже не понимаю, о ком ты говоришь, – его бархатный голос убаюкивал и заставлял верить. – Меня сейчас только исследования интересуют. Ты же знаешь, днем я тружусь на страну, а по вечерам своими изысканиями занимаюсь.

Однако в следующий раз ему не удалось отвертеться и сделать вид, что ничего не происходит. Валентина Дмитриевна искала уборщицу и случайно увидела их в укромном закутке. Володя и Нателла страстно целовались. Позже Валентина Дмитриевна закатила ему такой скандал, который никогда до этого себе не позволяла.

– Ты и сейчас ничего не понимаешь? – кричала она. – Я видела, как вы целовались под лестницей!

На этот раз Владимир сменил тактику, не стал уговаривать и увещевать, не стал и оправдываться, а буквально окатил ее своей холодностью.

– Ну а чего ты хотела, Валентина? – спокойно спросил он. – Мы, мужчины, полигамны. Такова уж наша природа. – Его тон был настолько высокомерным, что все его слова звучали как издевка. – К тому же мы с тобой не женаты.

Да, мы свободные люди, и каждый вправе поступать так, как считает нужным.

– Ах, свободные люди, значит! – зашипела от ярости Валентина Дмитриевна. – Тогда катись к чертям со своей Нателлой, и пусть она тебя образцами снабжает!

Валентина Дмитриевна попала в точку, и Володя смутился. Она давно поняла, что не нужна Володе, нужны лишь ее возможности и доступ к ограниченным материалам. Но это уже ничего не меняло. Только одно имело значение: он нужен ей. Поэтому она все сделает, чтобы он был с ней.

Она крепко посадит его на крючок, и он никуда от нее не денется.

– Ну зачем ты так, – Владимир примирительно улыбнулся, и его тон снова стал убаюкивающим. – Конечно, я прекрасно знаю, чего хочет каждая женщина. Семью, постоянство и все такое. Это очевидные вещи. Признаюсь, я немного запутался. Эта Нателла сама прыгает на меня и проходу мне не дает. Озабоченная какая-то, в самом деле. Мужчинам не просто оставаться хладнокровными в таких случаях. Мы реагируем самым естественным образом.

Против природы не попрешь. Ты должна это понимать, – он заглядывал ей в глаза, ища в них ответа. – Ведь понимаешь? По глазам вижу, что понимаешь, – он источал добродушие, обретя контроль над ситуацией и видя, как Валентина Дмитриевна понемногу успокаивается. – Давай поступим так. Мне нужно время, чтобы во всем этом разобраться. Я убежден, что как только с меня сойдет пелена естественной мужской реакции на ее прелести, я сделаю правильный выбор.