Русалочья заводь

Сцена, которую я увидела, не оставляла никах сомнений в происходящем. Банально, глупо, пошло. Жена вернулась раньше из командировки и застала… Я крепко зажмурилась. Мне стало так противно, что меня начало тошнить. Олег увидел меня не сразу. А заметив, замер. В глазах его метнулся страх. Женщина, сидящая в неглиже на его коленях, тоненько взвизгнула и попыталась прикрыться махровым банным халатом. Моим халатом. Я осторожными шагами, будто ступая по разбитому стеклу, прошла в кухню и села на табуретку. Внутри были пустота и холод.

Не осталось больше никаких эмоций.

Я давно подозревала мужа в измене. Но чтобы вот так, в нашем доме, в моем халате… Почему-то халат вызывал у меня больше эмоций, чем вся остальная ситуация. Мне его подарил Олег на 8 Марта. И он мне ужасно нравился. Такой пушистый, уютный. А сейчас… У меня не было сил думать об этом «сейчас». Я сидела и тупо глядела в угол кухни, куда-то за холодильник. Ничего интересного, кроме скопившейся там пыли не было. Командировка длилась неделю, и, конечно, Олег не утруждал себя уборкой квартиры.

Я схватила тряпку и кинулась вытирать этот злосчастный угол, совершенно не отдавая себе отчета в своих поступках. Почему-то этот комок пыли вызывал у меня жуткое отвращение.

Хлопнула входная дверь, и муж появился на пороге кухни с видом побитой собаки. Я старалась не смотреть на него, с отчаянием натирая угол за холодильником.

– Что ты делаешь? – изумление в его голосе привело меня в чувство. Я пожала плечами.

– Пыль вытираю. Ты что, не видишь? Запустил тут квартиру без меня совсем, – голос звучал ровно, буднично.

Мужа это почему-то разозлило.

– Вот так всегда!!! Ты даже скандал мне устроить не можешь!!! Другая бы женщина сейчас посуду била, стараясь мне глаза выцарапать, а ты… Ты вытираешь пыль?! – муж старался распалить себя, с каждой фразой все набирая и набирая обороты.

Я совершенно некстати вспомнила фразу, сказанную одним гениальным человеком: «Труднее всего мы склонны прощать другим людям собственную подлость».

Невесело.

Меж тем Олег распалялся все больше и больше.

– Если бы ты меня любила, то ревновала бы!!! – он выкрикивал какие-то фразы, обвинения.

А я сидела на табуретке с тряпкой в руке и чувствовала, как пустота внутри меня вытесняет всю боль, выталкивает прочь отчаяние. И тут я ни с того ни с сего вдруг запела во все горло:

– Говорила мама мне

Про любовь обманную,

Да напрасно тратила слова.