Темные воды времени. Книга первая

Вам прямехонько к ним надо. Как до гор дойдете, ищите камень похожий на орла. Аккурат от этого камня будет две дороги расходиться. Направо пойдет широкая, мощеная серым камнем дорога. Она вам без надобности. Другая, налево, больше похожа на тропу, с колдобинами, да ухабами. Так вот эта та, что вам нужна.

Любаша тихонечко фыркнула:

– Ну, это уж как водится… Мы легких путей не ищем.

Бабка взглянула на нас сурово.

– Не перебивай!!! Али плохо вас учили, что нельзя старших перебивать …?!

Мы притихли на лавке, боясь пошевелиться.

– По этой тропке пойдете. И, упаси вас Тара, свернуть куда-нибудь!! Тропка выведет вас к большому озеру. Так вот, на другом берегу и будет стоять Священная Дубрава. Посреди той дубравы будет стоять огромный дуб.... Дальше все сами увидите и поймете. – Вдруг резко прервала она свое повествование. – И так много лишнего наговорила. Путь к Святой Дубраве указала. А он заповедный. Охохооо… Прищемит мне язык то Чомор [1 - Чмор – хранитель леса в славянской мифологии, наказывает людей за проступки.

А мы загрустили. В голове была каша. Мозг никак не хотел впускать эту реальность. Казалось, мы оказались в каком- то дурном сне, и никак не можем проснуться. Видя такую нашу молчаливость и задумчивость, баба Рися занялась своими делами. Загромыхала посудой, зашуршала травами. Чай стала готовить.

– Сегодня у меня переночуете, а завтра на зорьке и в путь тронетесь. Да этого, – она мотнула головой в сторону крыльца, – с собой заберете.

– А кто это, бабушка? – спросила я.

– Ааа, каженник приблудился. Не гнать ведь… лес кругом. Жалко… Живая душа все ж таки.

Мы с Любаней переглянулись. В голове был винегрет из неизвестных слов и имен.

– Бабуль, а кто такой каженник? – попыталась прояснить хоть что- то Любаша.

Бабка села напротив нас за стол. Вытерла полотенцем руки, смахнула несуществующие крошки со стола, и принялась нам объяснять.

– Каженник – это тот, кого батюшка Леший замотал, да памяти лишил. Он теперь не знает ни, кто он, ни откуда взялся. Ни имени своего не помнит, ни рода. Ну, чисто, как дите малое. А с вами пойдет, может, что и вспомнит. А, может, и Старцы помогут.

Мы с Любашей недоуменно переглянулись.

– А, на что он нам такой? Сами ничего не знаем, а тут еще забота об этом… как его, каженнике.