Время памяти. Шепот богов. Книга первая

Василий Егорович еще постоял немного на крыльце, вытирая вспотевший затылок старым, перестиранным на тысячу рядов платком, а затем, тяжело вздохнув, зашел внутрь фельдшерского пункта. Внутри уже горел свет, и Наталья хлопотала над лежащим на простой кушетке, потерпевшим. Он уже пришел в сознание и теперь нервно озирался по сторонам. Участковый сгреб старенькую табуретку и уселся рядом с кушеткой. С минуту разглядывал мужчину, а потом, как совсем недавно дед Авдей, спросил:

– Ты кто ж такой будешь, мил человек? Зовут как?

Потерпевший смотрел на вопрошающего внимательно и ничего не отвечал.

Василий Егорович вздохнул тяжело, в его вздохе слышалось «ох и намаемся мы с тобой». А затем задал другой вопрос, более подходящий для представителя власти.

– Документы какие есть? Может пропуск какой или справка…? – Безнадежно тоскливым тоном продолжал он спрашивать, уже понимая, что вместо «интересного дела» приобрел головную боль.

Не получив никакого ответа, кроме отрицательного покачивания головой, он, уже не надеясь ни на что, с отчаяньем спросил:

– Ну а звать-то тебя хоть как, помнишь?

Очередное отрицательное покачивание головой, и участковый сдался.

Поднявшись с табуретки, он подошел к Наталье, и, уже не питая никаких особых надежд, спросил:

– Что скажешь, Наталья Андреевна?

Та пожала плечами и заговорила бесстрастным тихим голосом, словно читала лекцию:

– Человек очень истощен. Судя по всему, пробыл без пищи, или с очень ограниченным ее количеством, довольно длительный период времени.

Организм ослаблен. Никаких других повреждений, угрожающих его здоровью, я не увидела. Видимо, в следствие какого-то сильнейшего стресса у него отказала память. Одним словом, амнезия. Как это долго продлится и вернется ли к нему память, сказать не могу.

Участковый, как он обычно это делал при сильном волнении, сдвинул фуражку на затылок, и вытер ладонью лоб. Потом, часто оглядываясь на лежащего на кушетке мужчину, заговорил громким шепотом:

– И чего мне с ним делать? Я же его такого даже до райцентра не довезу.

Неровен час, помрет по дороге, а мне за него отвечай.

Наталья равнодушно пожала плечами.

– Я ему вколола раствор глюкозы, чтобы поддержать организм хоть немного. Его нужно сейчас постепенно выводить из состояния голодовки. А уж потом куда-то везти. – Потом едва сморщив свой хорошенький носик, уже совсем другим голосом проговорила. – Ему бы еще и помыться не мешало и переодеться. Его-то одежда в таком виде вообще ни на что не годна.