Время памяти. Шепот богов. Книга первая

Я немедленно поехала на кордон, и объявила бабушке, что в институт больше не вернусь, а останусь дома, чтобы ухаживать за ней. Но бабка весьма жестко заявила, что я должна закончить образование, и мне пришлось перевестись на заочное отделение. Во время моих кратких отлучек за бабушкой ходил дед Авдей. Глядя на то, как он ухаживал за бабулей, мне было совершенно ясно, что их что-то связывало еще со времен молодости. Но сколько бы я не пытала бабулю, прося мне рассказать, какую роль в ее жизни играл Авдей, она только грустно улыбалась и говорила, что это только между ними, и больше никого не касается.

По первости я даже заподозрила, что их связывали некие романтические отношения. Но, памятуя о том, как бабуля любила моего деда, эта версия как-то не прижилась. Но некий ореол загадочности отношений этих двоих долго не давал мне покоя.

Я уже закончила Академию и даже умудрилась поступить в аспирантуру, кога бабушки Айникки не стало. Но смерть всех моих близких повлияла на мою жизнь странным образом. Вместо того, чтобы покинуть кордон навсегда, и уехать в город с его безликой отстраненностью, где никому ни до кого нет дела, я осталась в родном доме, в котором знала каждую щелочку, каждый сучок в половой плахе, и без которого не представляла всей своей дальнейшей жизни.

От всех этих воспоминаний меня отвлек Хукка. Он на кого-то лаял с радостным щенячьим подвизгом. Так он встречал только одного человека, деда Авдея. Я вышла на крыльцо встречать гостя. Странно, очень странно. Что это Авдей в такую рань явился? Солнце даже не показалось еще из-за горизонта, небо на востоке только едва-едва начало розоветь, быстро наливаясь алым цветом, как созревшее осеннее яблоко.

Дед Авдей, широко отмахивая своим посохом по влажной траве, шел по дороге совсем не старческой, упругой поступью. У меня мелькнула мысль, видя его стремительную походку: «Словно на войну собрался». Хукка вылетел за ограду и кинулся навстречу старику. Когда-то, именно Авдей принес его пушистым комком в мой дом. И собака не забыла его ласковых рук, оберегающих и заботящихся о нем в детстве.

Завидев меня, стоящую на крыльце, он приветственно помахал рукой. Я ответила ему также, с улыбкой глядя, как пес скакал вокруг деда, словно молодой щенок, радостно мотая своим хвостом-колечком. Зайдя во двор, дед утратил свою недавнюю стремительность, зашагал степенно и неторопливо. Подойдя ближе к крыльцу, он проговорил, пряча улыбку в бороду:

– Уж прости меня, Вереюшка, что так рано.