Тропы судьбы. Камень Демиурга. Книга вторая

Его нос шевелился смешно, словно у медведя, почуявшего что-то вкусное. А я при виде этой картины, не удержалась, и прыснула со смеху. Колька, заметив меня, смутился.

– Доброе утро, мать! Василич, чего у нас на завтрак. – Взгляд его упал на миску с остатками оладий. – О-о-о… Оладушки… – Восторженно протянул он.

Но Василич прервал его восторженность на корню.

– Ага, оладушки… – Передразнил очень похоже Кольку. – Оладушки для матери. На вашу ораву не напасешься. А для вас вон, каша с мясом, да пряники к чаю.

Колька просочился тихой мышкой в двери, встал у порога, и покладисто кивнул головой:

– Чего злишься -то? Каша – тоже хорошо, а пряники – еще лучше. Так я чего, мужиков зову?

Василич от такой покладистости подобрел, и уже спокойно проговорил:

– Зови, зови… Пока не остыло все.

Я, схватив еще одну оладью из миски, сунула ее в миску со сметаной, и, уже на ходу, затолкала себе в рот, сграбастала кружку с кофе, и поднялась из-за стола.

– Спасибо, Василич. Кофе у себя допью. Корми мужиков.

И направилась в свой домик, уже не прислушиваясь к ворчанию завхоза, который бубнил что-то на тему, что вот, мол, шастают тут всякие, человеку, мол, спокойно поесть не дают.

День пошел по накатанной колее. Отправилась в новую деляну вместе с Андреем и до обеда лазили с ним по сугробам, выбирая место для верхнего склада. Мыслями я все время была где-то рядом с Олегом. А еще, вторые сутки без сна давали о себе знать, поэтому, была слегка рассеяна и не собрана. Андрей изредка посматривал на меня вопросительно и сочувственно, но комментировать мое состояние не стал.

И на том, как говорится, спасибо. Приехав на базу, обнаружили, что подошли машины на погрузку, и Андрюшка благородно предложил поехать с ними один.

– Мать, ты бы пока отдохнула. А с погрузкой я и один справлюсь. – Осторожно заметил он, увидев мой обреченный взгляд.

Конечно, это было против правил. Зимой на погрузке обязательно должны быть два человека. Это правило ввела я сама, много лет назад, и сама же неукоснительно его соблюдала.

Бревна были промороженные, скользкие, поэтому опасность несчастного случая возрастала в два раза. Но, подумав немного, согласилась, на то, что мастер возьмет в качестве учетчика кого-нибудь из бригады. И я осталась на базе. Василич, все это время терся рядом, пытаясь услышать нашу беседу. Когда понял, что я остаюсь выдохнул с облегчением, показав при этом большой палец Андрею. На что тот, ему подмигнул. Я только головой покачала.